---
title: "Нарушения сна во время и после рака у детей"
tags:
  - сон
  - психиатрия
  - UpToDate
category: "Расстройства сна в психиатрии"
hub: "[[💤 Расстройства сна в психиатрии]]"
---

# Нарушения сна во время и после рака у детей


> **Раздел:** [[💤 Расстройства сна в психиатрии]]  

> **Статус:** Доказательная медицина (UpToDate)


---


Авторы:Валери Маклафлин Крэбтри, доктор философииМеррилл С. Уайз, доктор медицины Редактор раздела:Рональд Д. Червин, доктор медицины, магистр Заместитель редактора:Эйприл Ф. Айхлер, MD, MPH
Все темы обновляются по мере появления новых доказательств и завершения процесса рецензирования.Обзор литературы действует до: ВВЕДЕНИЕ —

Достижения в лечении детского рака привели к значительному росту выживаемости, при этом общий уровень выживаемости за пять лет составил примерно 85 процентов к 2019 году [1]. Показатели выживаемости варьируются в зависимости от типа рака; Более 90 процентов детей с острым лимфобластным лейкозом доживают до взрослого возраста [2], тогда как большинство детей с диффузной внутренней понтинной глиомой умирают в течение одного года после постановки диагноза (таблица 1) [3]. С улучшением выживаемости становится важно, чтобы врачи сосредоточились на оптимизации качества жизни и функционирования во время и после лечения, включая устранение проблем со сном и усталости.

Нарушения сна — одни из самых часто сообщаемых симптомов, испытываемых у онкологических пациентов во время терапии, направленной на рак, и в некоторых случаях эти проблемы сохраняются и в период выживания [4,5]. К ним относятся чрезмерная дневная сонливость (ЭДС), а также ночные проблемы, такие как низкая эффективность сна, бессонница, обструктивное апноэ сна (ОАС) и синдром беспокойных ног (РЛС) [5-9]. Кроме того, многие пациенты испытывают усталость, связанную с раком, которая может усугубляться нарушениями сна, хотя сама по себе это не является расстройством сна [10]. Нарушение сна и усталость часто негативно влияют на настроение, поведение, повседневную деятельность, социальное взаимодействие, общее качество жизни и, возможно, на иммунную функцию [5,11-14]. Напротив, нарушения настроения во время госпитализации могут влиять как на продолжительность сна, так и на латентность сна [15].

Здесь будут рассмотрены клинические характеристики, последствия и управление проблемами сна у детей с раком и у переживших рак. Другие тематические обзоры с соответствующим содержанием включают:

● (См.  «Поведенческие проблемы со сном у детей».)

● (См.  «Обзор выживаемости при раке у подростков и молодых взрослых».)

● (См.  «Острый лимфобластный лейкоз/лимфобластная лимфома: результаты и поздние эффекты лечения у детей и подростков».)

ОПРЕДЕЛЕНИЯ

● **Чрезмерная дневная сонливость (ЭДС)** – дневная сонливость определяется как чрезмерная, когда она вызывает субъективные жалобы или мешает функционированию. Американская академия медицины сна определяет ЭДС как неспособность поддерживать бодрствование и бодрствование во время основных периодов бодрствования дня, при этом сон происходит непреднамеренно или в неподходящее время почти ежедневно в течение как минимум трёх месяцев [16].

●**Усталость** — Усталость означает субъективный недостаток физической или умственной энергии. Обычно это определяется как субъективное чувство физической, эмоциональной или когнитивной усталости, которое мешает участию в физических или социальных мероприятиях.

На практике пациенты часто используют такие термины, как сонливость, усталость, усталость и низкая энергия, взаимозаменяемо. Врачу следует попытаться различать эти жалобы, чтобы обеспечить оптимальное лечение, хотя это может быть сложно. (См.  «Подход к пациенту с чрезмерной дневной сонливостью».)

ОБЗОР ПАТОГЕНЕЗУ —

Механизмы, которые могут привести к нарушениям сна и усталости у детей с раком, включают:

●Последствия рака — рак может вызывать нарушение сна из-за боли или прямое воздействие на центры сна (при опухолях мозга). Рак также способствует усталости, воздействуя на метаболизм, эндокринную функцию, анемию или системные симптомы при некоторых видах рака, таких как лимфома.

●Эффекты лечения – лучевая терапия и/или химиотерапия (помимо глюкокортикоидов) часто связаны с нарушением сна или усталостью. Кроме того, сон может нарушаться побочными эффектами лечения, такими как боль, анемия или тошнота [7,17-19].

●Воздействие окружающей среды — для стационарных пациентов больничная среда часто нарушает режим сна и непрерывность из-за входов и выходов из палат, измерения жизненных показателей, ночного приема медикаментов и т.д. Пациенты с раком также подвержены риску нарушения циркадных циклов сна и бодрствования и низкого качества сна из-за снижения освещения, ограниченной подвижности и сниженной физической активности [4,20].

●Психосоциальные эффекты — бессонница, сонливость и усталость могут возникать из-за тревожности, проблем с настроением и стресса, связанных с диагнозом рака, повторяющимися госпитализациями, лечением или нарушением обычного распорядка [21].

Некоторые из этих эффектов проявляются преимущественно в период активного лечения рака. Другие могут сохраняться или даже увеличиваться со временем и вызывать нарушение сна у выживших после рака. К ним относятся тревожность и депрессия (любой рак); остаточные физические последствия рака, включая хроническую боль; а иногда и нарушения работы мозга или эндокринной системы (преимущественно у пациентов с опухолями мозга). (См.  разделы «Обзор выживаемости при раке у подростков и молодых взрослых», раздел «Психиатрические и психосоциальные потребности » и  «Эндокринопатии у выживших после рака и других лиц, подвергшихся цитотоксической терапии в детстве».)

РАСПРОСТРАНЁННЫЕ ЖАЛОБЫ И РАССТРОЙСТВА СНА У ДЕТЕЙ С РАКОМ

Все виды рака — Чрезмерная дневная сонливость (ЭДС) и усталость сообщают у большинства пациентов с детской онкологией, и усталость часто описывается как один из самых тяжёлых симптомов для молодежи с раком [22-25]. Бессонница, нарушения циркадного ритма, синдром беспокойных ног (RLS) и нарушения дыхания также чаще в этой популяции по сравнению со здоровыми детьми.

Распространённость проблем со сном особенно высока у детей с злокачественными заболеваниями центральной нервной системы, у которых уникальные механизмы способствуют нарушениям сна, как обсуждается ниже. (См. ниже «Рак центральной нервной системы ».)

Чрезмерная дневная сонливость — ЭДС присутствует у многих детей, проходящих лечение от рака, и значительно чаще, чем у здоровых детей, включая тех, кто страдает ожирением [4,26]. ЭДС особенно распространён и тяжело выражен у детей с опухолями мозга. (См. ниже «Рак центральной нервной системы ».)

Симптомы ЭДС включают увеличение продолжительности сна, возобновление дневного сна, значительные трудности с пробуждением утром и трудности с поддержанием бодрости во время дневной активности [22,27]. Клиницистам следует стараться отличать ЭДС от усталости — субъективного чувства усталости, которое мешает участвовать в физической или социальной деятельности и также часто встречается в этой группе. (См. раздел «Усталость » ниже.)

Причины или факторы, способствующие ЭДС, включают прямые последствия терапии, направленной на рак, низкое качество или количество сна из-за привычек сна или бессонницы, а также циркадный сон-Нарушения будности. У детей с опухолями мозга ЭДС, вероятно, вызывается прямым воздействием на гипоталамус или другие центры, участвующие в регулировании сна или циркадных ритмов. (См. ниже «Рак центральной нервной системы ».)

Определение вероятных причин ЭДС — важный этап в управлении. Каждая из этих проблем со сном описана в следующих разделах.

Поведенческая бессонница — Дети с раком могут быть склонны к хроническому бессонничеству, проявляющемуся в виде задержки сна или пробуждений. Например, дети с острым лимфоцитарным лейкемией (ОЛЛ) испытывают более длительную продолжительность сна и частую дневное дневная днём, что проявляется в трудностях с инициацией и поддержанием сна, беспокойством, сопротивлением перед сном, повторяющимися кошмарами и изменением места сна ночью [17,18].

Поведенческая кондиционированность часто является важным фактором бессонницы у детей с раком, усугубляя любые прямые последствия рака и его лечения. У младших детей уход за раком обычно способствует формированию поведенческих условлений, поскольку требует высокого участвления родителей или других опекунов, включая бдительность ночью (например, для наблюдения детей на наличие лихорадки или других медицинских проблем). Бдительный опекун может непреднамеренно усиливать поведение, такое как совместный сон или ночные пробуждения, которые мешают сну. Кроме того, если опекун постоянно присутствует при начале сна, это может усилить потребность ребёнка в родительском присутствии для начала сна [28]. Поскольку сон — это условная реакция, этот тип сна может сохраняться и продолжать нарушать сон после окончания лечения рака. (См. ниже разделы «Поведенческие вмешательства во сне » и  «Поведенческие проблемы со сном у детей».)

Старшие дети также подвержены риску условной бессонницы, поскольку старшие дети и подростки с раком могут нуждаться в большем родительском контроле и уходе ночью по сравнению со здоровыми сверстниками. Даже если родители или другие опекуны менее напрямую участвуют в ночном уходе, условная бессонница может характеризироваться тревогой по поводу засыпания или засыпания и чаще встречается у детей с общей или онкологической тревожностью или депрессией. Этот тип хронического бессонницы называют психофизиологическим подтипом. Циркадные сдвиги ритма также могут играть роль. (См.  раздел «Поведенческие проблемы сна у детей», раздел «Старшие дети и подростки».)

Нарушения циркадного ритма сна и бодрствования — Несколько механизмов могут способствовать нарушениям циркадного ритма у онкологических пациентов:

●Ограниченное воздействие света может способствовать нарушению циркадного ритма во время лечения рака [29]. Пациенты с раком могут меньше подвергаться дневному свету из-за меньшего количества активностей на открытом воздухе или стационарных условий, где они спят или проводят время в затемнённых помещениях в течение дня. Затем может возникнуть негативная обратная связь, при которой дети чувствуют усталость, меньше занимаются активностью и меньше подвергаются дневному свету; это снижает циркадные ритмы и увеличивает усталость [30,31]. Этот цикл можно обратить с помощью экологических вмешательств, таких как активное участие в течение дня и установление более здоровых сигналов света/тьмы. (См. раздел «Экологические вмешательства » ниже.)

●В некоторых случаях рак или его лечение напрямую способствуют нарушению циркадного ритма. Например, дексаметазон, который является важным компонентом лечения АЛЛ и некоторых других видов рака, склонен нарушать циркадные ритмы, способствуя усталости, связанной с раком, [32-34]. Удивительно, но нарушения циркадного ритма более выражены у ВСЕХ пациентов, получающих низкие дозы дексаметазона, по сравнению с теми, кто принимает высокие дозы дексаметазона. Механизм этого парадоксального эффекта неясен. Возможно, что высокие дозы дексаметазона вызывают повышенную дневную активность (гиперактивность), что проявляется как очевидное улучшение циркадной ритмичности по сравнению с низкими дозами дексаметазона [33].

●Дети с опухолями мозга особенно подвержены нарушениям циркадного ритма. (См. ниже «Рак центральной нервной системы ».)

Синдром беспокойных ног — Дети с раком, вероятно, подвержены повышенному риску СЛС, который может задерживать наступление сна из-за дискомфорта. Оценочная распространённость среди выживших после рака у детей составляет 8 процентов, что примерно вдвое превышает показатель у здоровых детей [16,35]. Возможным механизмом связи является дефицит железа, который является распространённым следствием химиотерапии и считается важным фактором СЛС. Кроме того, дети, получающие препараты, способные вызывать периферическую невропатию, такие как винкристин [36,37], могут иметь повышенный риск симптомов СБС. (См.  «Синдром беспокойных ног и периодическое нарушение движения конечностей у детей».)

Усталость — Усталость сообщается до 80 процентов молодых людей, получающих химиотерапию [38-42]. Усталость, связанная с раком, отличается от типичной тем, что она более выражена и не облегчается отдыхом. Факторы, способствующие усталости, включают прямые эффекты химиотерапии или лучевой терапии, побочные эффекты некоторых препаратов (например, кортикостероидов), медицинские проблемы, вызванные лечением (например, анемию), нарушения в распорядке, нарушения циркадного ритма, стресс и тревогу, а также нарушения сна. Усталость во время лечения предсказывает усталость до года после завершения лечения рака [43]. (См.  «Усталость, связанная с раком: распространённость, скрининг и клиническая оценка».)

Усталость — сложный симптом для измерения, потому что нет золотого стандарта для объективной оценки конкретных симптомов или степени их тяжести. Вместо этого врачи должны полагаться либо на симптомы, сообщаемые опекуном или ребенком. Лучший подход — напрямую спросить пациентов и их родителей или других опекунов о симптомах усталости, включая когнитивную, физическую или эмоциональную усталость. Клиницистам следует попытаться отличить усталость от сонливости, уточняя конкретные симптомы ЭДС, как описано выше. (См. выше «Чрезмерная дневная сонливость ».)

В исследовательской среде для оценки усталости иногда используются опросы, включая многомерную шкалу усталости [44,45], шкалу усталости (с версиями для детей [46] и подростков [47]) или систему информации о оценке результатов, сообщаемых пациентами (PROMIS) [48]. К сожалению, эти инструменты используются почти исключительно в рамках исследований и дают очень мало клинической пользы. В частности, не установлены чёткие клинические пороги для клинического вмешательства на основе результатов оценки.

Усталость может способствовать множеству неблагоприятных последствий, включая плохое соблюдение лечения, снижение социальной активности, депрессивные симптомы и поведенческие проблемы [11,49-52]. Кроме того, подростковые и взрослые пациенты-онкологии описывали значительное влияние усталости на настроение, физическое благополучие, социальные взаимодействия, когнитивные способности (особенно концентрацию и ATT)ention), глобальное страдание и общее качество жизни [53-56]. Усталость особенно тревожно относится к подросткам [57], поскольку она мешает их самостоятельности и социальной активности, которые они склонны высоко ценить [53]. Кроме того, было показано, что усталость сохраняется вплоть до выживания [58,59]. Таким образом, оценка и управление усталостью имеют потенциал улучшить общее качество жизни, а также социальное взаимодействие и настроение.

Рак центральной нервной системы — Молодежь с опухолями мозга особенно подвержена нарушениям сна, особенно ЭДС, нарушениям циркадного ритма сна и нарушениям дыхания, связанным со сном, таким как обструктивное или центральное апноэ сна. Эти дети также могут испытывать проблемы со сном и бодрствованиями, характерные для всех детей с раком, такие как усталость и бессонница. Проблемы со сном могут возникать до постановки диагноза рака или, чаще, сразу после постановки диагноза и во время лечения. Некоторые проблемы могут сохраняться и при выживании [60-62].

Опухоли мозга, как правило, вызывают проблемы со сном из-за прямого воздействия на структуры мозга, отвечающие за регуляцию сна или дыхания во время сна, такие как гипоталамус или ствол мозга, а также косвенные эффекты из-за гидроцефалии, повышенного внутричерепного давления или нарушения регуляции гипоталамо-гипофизарно-эндокринной оси. Другие факторы могут включать хирургические осложнения или повреждение нервных структур, а также побочные эффекты черепной лучевой терапии или химиотерапии. Кроме того, эти дети подвержены риску проблем со сном из-за тех же психосоциальных и экологических механизмов, связанных с лечением, которые опосредуют нарушения сна у всех детей с раком, как было описано в предыдущих разделах. (См. выше раздел «Обзор патогенеза ».)

Всё больше признаёт, что проблемы со сном часто недооценены и плохо решаются у детей с опухолями мозга, что приводит к многолетним симптомам, которые могут быть инвалидизированными. Существует дефицит лонгитюдных исследований для характеристики и отслеживания этих проблем, а также выявления факторов риска и опосредующих факторов, и немногие исследования рассматривают оптимальные терапевтические подходы в этой популяции.

●**ЭДС** – Дети с опухолями мозга особенно подвержены ЭДС, которая может быть тяжёлой и сохраняться до выживания [62]. Эту проблему лучше всего задокументировать у детей с краниофарингиомой. Эти опухоли расположены в зоне селлярной/надрасселлярной области и часто затрагивают или смещают гипоталамус, гипофиз и зрительный хиазм, что приводит к нарушениям зрения и различным эндокринным проблемам из-за нарушения гипоталамо-гипофизарного надпочечникового оси. Симптомы могут включать быстрое начало ожирения (из-за дисфункции гипоталамуса), изменения в поведении и ЭДС, включая нарушения сна и бодрствования циркадного ритма и формы нарколепсии [63]. В одном исследовании детей с недавно диагностированной краниофарингиомой 75 процентов проявили патологическую сонливость, задокументированную тестом на латентность множества сна (MSLT) [23]. В другом исследовании детей, завершивших терапию, 80 процентов сообщили о «чувстве сонливости» [64]. В исследовании выживших после краниофарингиомы была отмечена устойчивая гиперсонноленция, зафиксированная хроническая ЭДС и нарколепсия у подгруппы выживших [65].

Распространённость и тяжесть ЭДС в этой популяции, вероятно, связаны с прямым воздействием на гипоталамус или другие центры, участвующие в регулировании циркадных ритмов, поскольку сонливость связана со степенью воражения гипоталамуса, а не с уровнем орексина в сыворотке или спинномозговой жидкости [23,66]. Важно, что чем выше степень гипоталамического поражения опухоли, тем выше риск нарколепсии. В одном из полисомнографических исследований выживших после детской краниофарингиомы все пациенты с избыточным весом или ожирением соответствовали критериям гиперсомнии [67]. Эти данные свидетельствуют о том, что механизм, лежащий в основе гиперсонноленции у некоторых педиатрических пациентов с опухолями мозга, особенно у тех, у кого задействована гипоталамо-гипофизная ось, может отличаться от других причин патологической сонливости, таких как нарколепсия с катаплексией (нарколепсия типа 1), и часто включает как высокий индекс массы тела, так и гипоталамическое вовлечение опухоли [62]. (См.  раздел «Клинические особенности и диагностика нарколепсии у детей», раздел «Патофизиология».)

Глубокий и устойчивый ЭДС у детей с опухолями мозга может существенно негативно влиять на когнитивные функции, учебу, психосоциальную функцию и качество жизни [11,26,51,68-70]. Поскольку медицинские усилия изначально сосредоточены на диагностике и оперативном вмешательстве с помощью хирургии, лучевой терапии или обоих методов, сонливость может не вызывать немедленных проблем у опекунов или медицинских работников. Тем не менее, раннее распознавание, оценка и лечение патологической сонливости у детей с опухолями мозга являются важными элементами программы лечения. Поскольку эти пациенты находятся в группе высокого риска патологического ЭДС, включая нарколепсию, обследование обычно включает полисомнографию (ПСГ) для выявления связанных со сном дыхательных нарушений, а затем MSLT для характеристики ЭДС. Лечение психостимуляторами может повысить дневное бодрствование [71]. (См.  «Краниофарингиома» и  «Подход к пациенту при чрезмерной дневной сонливости».)

● **Нарушения сна и бодрствования циркадного ритма** — нарушение циркадного ритма сна и бодрствования является одним из механизмов, способствующих развитию ЭДС или бессонницы у детей с опухолями мозга. Несколько исследователей изучали взаимосвязь между циркадными ритмами и раком [72,73], а в частности, у пациентов с опухолями мозга [61,74]. Возможным механизмом нарушения является нерегулярная секреция мелатонина из-за повреждения супрахиазматических ядер гипоталамуса, которые координируют циркадные ритмы [61]. Люди с краниофарингиомами, получатели дозы черепной радиации более 3500 cGy и младшее возраст на момент лечения испытывают более тяжёлые нарушения сна. Пациенты с опухолями мозга могут испытывать серьёзные нарушения функции гипоталамо-гипофизарной надпочечниковой оси, затрагивающие как гомеостатический процесс S, так и циркадный процесс C из двухпроцессной модели регуляции сна [61]. (См. раздел «Нарушения сна и бодрствования у сменных работников», раздел «Патофизиология».)

Ограниченные клинические данные из небольших серий случаев подтверждают представление о том, что мелатонин играет роль в опосредовании нарушения циркадного ритма у детей с опухолями мозга [63,75-78]. В исследовании уровней мелатонина в слюне у детей с краниофарингиомой почти у половины не наблюдалось измеримого начинания мелатонина при тусклом освещении во время окна отбора, что указывает на возможное значительное фазовое продвижение в этой популяции пациентов [79]. Некоторые отчёты указывают на то, что экзогенный мелатонин может помочь улучшить регуляцию циркадного ритма сна и бодрствования и повысить дневное бдительное состояние [63,76]. Дальнейшее изучение этого подхода необходимо для детей с опухолями мозга и нарушениями циркадной регуляции. (См. раздел «Лекарства » ниже.)

● **Нарушения дыхания, связанные со сном** — нарушения дыхания, связанные со сном, включая обструктивное апноэ сна (ОАС) и центральное апноэ сна, чаще встречаются у детей с опухолями мозга, чем у детей с другими видами рака. Эти расстройства могут способствовать развитию ЭДС и также могут ухудшать дневное время поведение и функции, вызывающие трудности с вниманием, гиперактивность и нарушения настроения. (См. ниже раздел «Когнитивные, эмоциональные и поведенческие последствия ».)

Повышенный риск ОАС у детей с опухолями мозга был зафиксирован в нескольких исследованиях. Одно из крупнейших исследований использовало опросники для оценки симптомов у педиатрических выживших после опухоли мозга как минимум через пять лет после постановки диагноза и показало, что 16 процентов выживших храпили часто или почти всегда, 6 процентов храпили громко или очень громко, а 3 процента выживших, как сообщается, «испытывали трудности с дыханием» во сне [60]. Отдельное исследование использовало PSG для оценки подростков с краниофарингиомой и ожирением и показало, что у 4 из 15 пациентов было как минимум умеренное ОАС (индекс апноэ-гипопноэ >15), что значительно выше, чем у в остальном здоровых контролях с ожирением [80]. Из-за высокой распространённости ОАС исследователи предложили рассмотреть плановые обследования PSG у пациентов с краниофарингиомой и ожирением. Систематический обзор исследований подростков с опухолями мозга и нарушениями сна сообщил о наличии нарушений дыхания, связанного со сном, а также бессонницы, парасомнии и дневной сонливости и усталости [81].

Центральное апноэ сна, по-видимому, является менее распространённым осложнением опухолей мозга. В серии случаев из 14 детей с опухолями мозга, направленных на обследование сна, у двух детей (14 процентов) было выявлено центральное апноэ сна; У обоих этих детей опухоль затронула продолговатый мозг [22]. В то же время отдельная серия детей с центральным апноэ сна сообщила о опухолях мозга (ганглиоглиомах) у 17 процентов [82]. Другие небольшие серии случаев у детей с различными опухолями мозга описывают нарушения вентиляционного контроля, характеризующиеся гиперкарбным периодическим дыханием или альвеолярной гиповентиляцией [83-85].

Пережившие рак — усталость и жалобы на сон, включая ЭДС, часто сохраняются вплоть до периода выживания. Несколько исследований фиксируют жалобы на значительную усталость и жалобы на сон у переживших детский рак через пять лет после лечения и иногда продолжающиеся во взрослом возрасте [6,12,68,86-88]. Среди выживших более высокие степени эмоционального страдания связаны с большим количеством проблем со сном и ЭДС [12]. В одном отчёте выживших после рака обратились в детский центр сна, 60 процентов обратились с ЭДС, 40 процентов — с нарушениями дыхания, 24 процента — с бессонницей (задержкой или пробуждениями), 4 процента — с дисфункцией циркадного ритма и 9 процентов — с парасомниями [26]. ЭДС наблюдается у до 80 процентов молодых людей, переживших опухоли мозга. Бессонница была зарегистрирована у трети всех выживших и четверти выживших после опухолей мозга [89-91].

Повышенный риск нарушения дыхания при сне также был отмечен в опросе среди выживших после детских нецентральных заболеваний рака нервной системы, в котором 19 процентов сообщили о симптомах нарушения дыхания; это свидетельствует о распространённости значительно выше, чем 1–4 процента, сообщаемые по ОАС у детей в целом [92,93]. Возможно, что повышенный риск нарушения дыхания во время сна связан с ожирением, которое чаще встречается среди выживших после детского рака [94-96]; Риск ожирения среди выживших после детского рака связан с лечением кортикостероидами, а также с более молодым возрастом при постановке диагноза [97]. (См.  раздел «Острый лимфобластный лейкоз/лимфобластная лимфома: результаты и поздние эффекты лечения у детей и подростков», раздел «Ожирение».)

ВЛИЯНИЕ НАРУШЕНИЙ СНА НА ДЕТЕЙ С РАКОМ —

У здоровых детей нарушения сна связаны с снижением когнитивных функций, усилением тревожности и депрессии, а также снижением воспринимаемого благополучия [98-101]. Эти эффекты также актуальны для детей с раком и могут иметь значительные последствия для их функционирования и качества жизни.

Когнитивные, эмоциональные и поведенческие последствия — Педиатрические выжившие после рака подвержены риску низкой успеваемости в школе из-за длительных пропусков во время лечения и нейрокогнитивных поздних эффектов лечения рака [102-104]. Эти проблемы могут усугубляться нарушениями сна, которые, как известно, влияют на когнитивные функции и внимание [105-108]; поведение; а также настроение и социальная функция у здоровых детей [105 109] (таблица 2). Похожие механизмы могут способствовать проблемам с исполнительными функциями, тревожностью, депрессией и нарушениями социальных отношений, с которыми сталкиваются многие пациенты с детской онкологией [8,51,87,110,111]. Эти вопросы подробно обсуждаются в отдельном тематическом обзоре. (См.  «Когнитивные и поведенческие последствия нарушений сна у детей».)

В частности, у молодых людей с раком, у людей с краниофарингиомой и ЭДС на функциональной МРТ наблюдается большая активация фронтальных областей мозга, что демонстрирует большую концентрацию внимания и, вероятно, менее эффективную обработку, вероятно, связанную с сонливостью [23]. Выжившие после детского рака с ЭДС, усталостью и плохим ночным сном чаще имели более ухудшённую когнитивную эффективность, организацию и память. По данным опекунов, выжившие после педиатрических опухолей мозга, которые испытывают трудности с ночным сном, также чаще страдают от ухудшения исполнительных функций [70]. В совокупности, вероятно, нарушение сна несёт дополнительный когнитивный риск, выходящий за рамки типичных случаев у педиатрических переживших рак.

Молодежь с раком, которая сообщает о высокой усталости, чаще сообщает о депрессивных симптомах и негативном аффекте при меньшем уровне положительных аффектов [112]. Сочетание усталости и нарушения сна связано с ухудшением межличностных взаимодействий и более высоким уровнем тревожности и депрессии у молодёжи с раком [51]. Кроме того, у педиатрических пациентов с опухолями мозга, которые отмечали ухудшение дневного настроения, была более длительная латентность начала сна и короткий сон в ту ночь [15]. Дети с раком с ухудшением качества сна также чаще демонстрируют худшую психологическую адаптацию и повышенную тревожность [113]. Среди педиатрических выживших после рака люди с плохим сном, ЭДС и усталостью также отмечали более высокие показатели эмоционального стресса [12].

Качество жизни — По мере роста показателей выживаемости при детском раке качество жизни стало важной целью в исследованиях и лечении детской онкологии. Дети и подростки с раком сообщают о более низком качестве жизни по сравнению со здоровыми сверстниками, особенно в отношении физического функционирования и настроения [114]. Некоторые из этих эффектов могут быть опосредованы нарушениями сна во время лечения рака [11,52,115] и у долгосрочных переживших рак [68]. Совокупные эффекты нарушения сна; чрезмерная дневная сонливость (ЭДС); а также физические, социальные и эмоциональные последствия детского рака могут возобновитьсяЭто более негативное качество жизни, чем любой из этих симптомов в изоляции [116]. В результате вмешательства, направленные на борьбу со сном и усталостью, скорее всего, улучшат качество жизни.

МЕНЕДЖМЕНТ —

Поскольку нарушения сна и усталость в детской онкологии могут негативно влиять на когнитивные функции, настроение, поведение и качество жизни, крайне важно контролировать эти симптомы для обеспечения здорового сна и поддержания повседневной деятельности [52]. Аналогично, поскольку настроение может влиять на сон, важно учитывать значительные проблемы с этим настроением для поддержания здорового сна в этой популяции [15,117]. (См.  «Обзор выживаемости после рака у подростков и молодых взрослых».)

Существует мало данных для оценки влияния конкретных вмешательств на лечение нарушений сна у детей с раком. Систематический обзор вмешательств для управления сном у детей с раком выявил 16 исследований, сосредоточенных на психообразовательных, стрессовых методах, физической активности и фармакологических вмешательствах [118]. Большинство из них были введены в небольшие выборки и имели некоторый риск смещения. На основе рассмотренных исследований не было дано последовательно сильных рекомендаций. Примечательно, что вмешательства, подтвержденные в других здоровых группах детей, такие как поведенческие вмешательства во сне, не были выявлены в обзоре литературы.

Тем не менее, вмешательства, которые были подтверждены и клинически применены в других группах для улучшения нарушений сна, тревожности и нарушений настроения, могут быть модифицированы для применения с детскими онкологическими пациентами и выжившими, как указано ниже. Также важно учитывать роль управления заболеваниями в решении проблем со сном. Например, необходимо оптимизировать управление болью, назначить препараты, вызывающие сон, назначить перед сном, насколько это возможно, а также решать проблему ожирения [119].

Выбор вмешательств — Выбор вмешательств зависит от анализа врачом причин(ов) или факторов, способствующих нарушению сна, который определяется в ходе тщательной клинической оценки. Во многих случаях на проблему со сном может способствовать сочетание факторов.

Основные аспекты наиболее распространённых жалоб на сон следуют (таблица 3) [52]:

● **Чрезмерная дневная сонливость (ЭДС)** — ЭДС часто встречается у детей, проходящих лечение рака, а также у детей с опухолями мозга до и после лечения. Признание ЭДС должно привести к тщательному сне и медицинскому анамнезу, что служит основой для постановки диагноза. Нередко выделяется более одного диагноза, и необходимо учитывать каждую этиологию. Первый шаг — определить, есть ли у ребёнка конкретное нарушение сна, которое можно диагностировать и лечить, или есть другие доказательства прерванного или недостаточного ночного сна. Если да, то следует устранить любые поведенческие или экологические причины этой проблемы, включая нарушение циркадного ритма (см. «Поведенческие вмешательства в сон» ниже и «Экологические вмешательства» ниже). Если бессонница или ЭДС сохраняются несмотря на вмешательство, может потребоваться фармакотерапия. (См. раздел «Лекарства» ниже.)

Дети с опухолями мозга особенно подвержены риску как нарушения циркадного ритма, так и ЭДС как до, так и после лечения, и чаще нуждаются в фармакотерапии, если другие меры оказываются неэффективными.

●**Бессонница** – Выбор вмешательства при бессоннице зависит от характеристик пациента:

•Дети дошкольного или школьного возраста с бессонницей связаны с неравномерным установлением лимита, что довольно распространено. Решения включают оптимизацию гигиены сна и обучение родителей по поводу установки границ и ассоциаций с началом сна. (См. «Поведенческая бессонница » выше и «Поведенческие вмешательства в сон » ниже.)

•Бессонница у детей или подростков школьного возраста, связанная с общей или связанной с раком тревожностью или депрессией. Он характеризуется тревогой, в частности, из-за невозможности спать (в отличие от симптомов более общего тревожного или расстройства настроения), а иногда — привычной неспособностью спать в определённое время ночи. Решения включают оптимизацию гигиены сна, когнитивно-поведенческую терапию при бессоннице (КПТ-I), а также оценку и лечение любых скрытых тревожных или расстройств настроения, которые могут способствовать этому. Как очно, так и онлайн-КПТ-I показали улучшение симптомов бессонницы у детей, подростков и молодых взрослых, переживших рак [120-122]. (См. «Поведенческая бессонница » выше и «Поведенческие вмешательства в сон » ниже.)

•Нарушение циркадного ритма — это часто встречается у детей на глюкокортикоидах, а также у детей с опухолями мозга во время или после лечения. Другими факторами являются частые или продолжительные госпитализации, низкая дневная активность или воздействие света, а также ночная стимуляция (например, электроника) (см. выше «Нарушения циркадного ритма сна и бодрствования» и «Рак центральной нервной системы »). Решения включают оптимизацию поведенческого поведения во сне и условий окружающей среды, а также, возможно, мелатониновую и/или яркую светотерапию. (См. раздел «Здоровые привычки сна » ниже, «Экологические вмешательства » и «Бессонница ».)

●**Храп или проблемы с дыханием** – Дети, обращающиеся со жалобами на храп, затруднённое дыхание или другие клинические подозрения на апноэ сна (таблица 4), должны быть обследованы с помощью полисомнографии (ПСГ). Высокий уровень подозрения уместен для детей с опухолями мозга, аденотонсилярной гипертрофией или ожирением. (См. выше «Рак центральной нервной системы » и  «Оценка подозрения на обструктивное апноэ сна у детей».)

●**Усталость** – Наш подход к управлению усталостью включает следующие шаги:

•Определите, присутствует ли компонент ЭДС (см. «Чрезмерная дневная сонливость » выше и «Усталость » выше), и если да, оцените и лечите ЭДС, как описано выше. Пересмотрите любые препараты (например, седативно-гипнотики), которые могут способствовать развитию симптомов.

•Оценить и лечить наличие возможных скрытых нарушений сна (таблица 3). Нелеченные нарушения сна могут вызывать усталость, даже если нет жалоб на дневное сонливость, и лечение расстройств сна может улучшить усталость так же, как и сонливость [123-125].

•Убедитесь, что время сна и условия сна оптимизированы. (См. раздел «Здоровые привычки сна » ниже.)

•Поощряйте физическую активность и предлагайте яркую световую терапию, поскольку это малорисковые методы, которые доказали себя как возможные и приемлемые, а также перспективно снижают усталость у молодёжи с раком [126-128]. (См. «Здоровые привычки сна» ниже и «Экологические вмешательства» ниже.)

Поведенческие вмешательства во сне — поддержание здоровых привычек сна является необходимым элементом обеспечения достаточного сна. Это может быть сложно для родителей или других опекунов детей, проходящих лечение от рака, из-за физических побочных эффектов (ночной боли или болезни), стресса или чрезмерной опеки, либо нарушений распорядка из-за приёма лекарств или госпитализаций.

Стратегии профилактики или лечения поведенческих проблем со сном у здоровых детей особенно важны для детей с раком. К ним относятся:

Здоровые привычки сна — Первым шагом является формирование и поддержание здоровых привычек сна, которые изложены в таблице (таблица 5). К ним относятся ограничение потребления кофеина (без кофеина после обеда), установление относительно стабильного времени для отдыха и пробуждения, а также стабильный режим перед сном с успокаивающими преддверными занятиями, ограничение электронных устройств и обеспечение прохладной, тихой среды сна [129,130]. Полезно составить ежедневный график с темпом активности, который включает чередующиеся периоды отдыха и активности [17,52,131]. Часто детям, проходящим лечение от рака, требуется дневной сон из-за усталости или седативных препаратов. Родителям и опекунам рекомендуется ограничивать дневной сон до раннего полудня, чтобы избежать помех с началом ночного сна. Доказательства психообразования для сна у детей с раком включают результаты небольшого пилотного исследования в детской онкологической клинике, которое показало, что направленное вмешательство для поддержания здоровых привычек сна связано со значительным улучшением [132]. (См.  «Поведенческие проблемы со сном у детей».)

Увеличение физической активности показало перспективы в лечении как нарушения сна, так и дневной усталости [126,128,133]. К активности относятся упражнения на выносливость (например, педалирование, бег или ходьба с резервом сердечных сокращений от 40 до 70 процентов), сопротивление, силовые упражнения и кондиционирование, растяжка/гибкость, «тренировки» или йога. Некоторые исследования использовали профессиональные физические упражнения, в то время как другие были сосредоточены на домашней активности. При назначении активности для пациентов с детской онкологией с проблемами сна и усталостью важно использовать активность в целом (аэробные, силовые тренировки и/или гибкость), а не конкретные упражнения или наличие их контроля. Наконец, помимо улучшения общего сна и усталости, было показано, что качество жизни улучшается благодаря физической активности.

Специфические поведенческие стратегии — Поведенческие стратегии зависят от типа поведенческой бессонницы, которая варьируется в зависимости от возрастной группы ребёнка:

● **Младшие дети** – У младших детей бессонница часто связана с неадекватным или непоследовательным установлением лимитов родителями или опекуном (что обычно проявляется с сопротивлением перед сном), ассоциациями с началом сна (которые обычно приводят к длительным ночным пробуждениям) или сочетанием этих проблем. Дети с раком особенно подвержены риску бессонницы, как уже упоминалось выше, из-за ночного наблюдения и необходимости ухода.

Важные стратегии для решения этих проблем включают формирование здоровых привычек сна, как описано выше, и обучение родителей или других опекунов установлению лимитов. Специфические поведенческие техники, такие как положительное подкрепление и систематическое игнорирование (включая «градуированное вымирание»), также могут быть полезны [134-136]. Внедрение этих стратегий может быть сложным в начале, особенно для семей, сталкивающихся с множеством стрессов ухода за раком. Может помочь напомнить опекунам, что краткосрочные трудности с применением поведенческого вмешательства, скорее всего, будут вознаграждены долгосрочной пользой в виде улучшения сна, что может улучшить качество жизни, настроение и поведение ребёнка. Некоторые могут подождать с внедрением систематического игнорирования или постепенного вымирания до завершения лечения их детей, из-за необходимости или желания присутствовать при начале сна и всю ночь, чтобы следить за состоянием здоровья ребёнка или оказывать медицинское вмешательство ночью. Детали этих и других поведенческих стратегий обсуждаются отдельно. (См.  раздел «Поведенческие проблемы со сном у детей», раздел «Маленькие дети с поведенческой бессонницей».)

Стационарные госпитализации для онкологического ухода предоставляют возможность для обучения родителей и опекунов здоровым привычкам сна и установке ограничений [131]. Родители или другие опекуны часто больше всего обеспокоены трудностями ребёнка с началом сна и могут не осознавать важность привычек сна для решения этой проблемы [137]. Поскольку семьи и поставщики услуг не всегда могут прийти к единому мнению о самой важной цели вмешательства, следует применять модель совместного принятия решений, чтобы выбранные вмешательства наилучшим образом соответствовали потребностям семьи.

●**Старшие дети** — у старших детей хроническая бессонница часто является психофизиологической (условной). Он характеризуется тревогой по поводу засыпания или удержания в сне и чаще встречается у детей с подлежащей генерализованной или связанной с раком тревожностью или депрессией. Как и у младших детей, старшие дети могут потребовать ночного наблюдения и ухода со стороны родителей или других опекунов, что может способствовать поведенческой бессоннице, приучая ребёнка к их присутствию во время сна. Внедрение здоровых привычек сна — важный шаг. Кроме того, следует лечить и лечить скрытую тревогу или депрессию.

Для некоторых детей КПТ-I и успокаивающие стратегии, способствующие самоуспокаиванию после ночных пробуждений, могут быть полезны [120,136]. В частности, когнитивная реструктуризация, которой можно научить младших детей, заставляя их «думать как детектив», может помочь снизить негативные когниции, связанные со сном. Детей можно научить распознавать свою негативную мысль, предоставлять доказательства в пользу и против них, а затем заменять негативную мысль более реалистичной верой [138]. Например, мысль «Я никогда не усну» можно оценить, чтобы определить, что доказательств этому мало. Когда это определено, ребёнок может заменить мысль на «Мне может понадобиться время, чтобы заснуть, но со временем я смогу». Добавление элементов тренировки релаксации, включая диафрагмальное дыхание, прогрессивное мышечное расслабление и техники направленной визуализации, также может снизить стресс ребёнка в ожидании наступления сна,  способствует более быстрому наступлению сна и улучшает способность возвращаться к сну после ночных пробуждений [139]. Эти подходы схожи с теми, что применяются для взрослых с раком и без него. Детям с хронической бессонницей, особенно если она мешает дневному функционированию или вызывает значительный стресс, может быть полезно направление к специалисту. Эта экспертиза обычно доступна у специалиста по поведенческому здоровью в аккредитованном центре расстройств сна; Детский онкологический центр также может помочь получить соответствующее лечение [120]. Альтернативно, существует поддержка онлайн-когнитивно-поведенческой терапии бессонницы у выживших после рака детей [140]. (См.  «Когнитивно-поведенческая терапия бессонницы у взрослых».)

Экологические вмешательства

●**Дом** — В доме общие меры для улучшения привычек сна включают создание тихой и комфортной среды снаментирование и ограничение электроники ближе к сну [141,142]. Кроме того, дневное воздействие света (особенно дневного) и физическая активность помогают поддерживать нормальные циркадные ритмы. (См. выше «Нарушения циркадного ритма сна и бодрствования» .)

Поскольку усталость связана с уменьшением воздействия яркого света у взрослых пациенток с раком молочной железы [29], ярко-световая терапия применялась у взрослых пациентов с раком и выживших, что дало некоторые многообещающие результаты. Ежедневное использование 30 минут яркой световой терапии после пробуждения доказано защищает циркадный ритм и предотвращает повышение усталости, что способствует улучшению качества жизни пациентов с раком молочной железы [49], а также снижает уровень усталости у взрослых переживших рак [143]. Яркая световая терапия является рекомендованным методом лечения для детей и подростков с задержкой циркадного ритма сна и бодрствования [144] и доказано, что снижает депрессивные симптомы у молодёжи с сезонным аффективным расстройством, депрессией, биполярным расстройством и сопутствующей анорексией нервной анорексии [145-148]. Одно исследование показало осуществимость и приемлемость ярко-световой терапии, а также перспективу снижения усталости и улучшения симптомов депрессии у подростков и молодых взрослых с раком, что указывает на то, что это может быть уместным и неинвазивным вмешательством [127,149].

●**Больница** — для детей, нуждающихся в госпитализации для лечения рака, больничная среда представляет особые трудности со сном из-за шума или входов и выходов персонала в палату для ухода. Это может привести к недосыпу и нарушению циркадных ритмов, если госпитализации часты или длительные. Например, в одном исследовании, проведённом в стационарном детском онкологическом отделении, в среднем персонал входил и выходил из комнат в ночную смену, при среднем от 12 до 16 ночных пробуждений [4]. Как и следовало ожидать, уровень усталости детей, которые сами сообщали, был связан с количеством входов в комнаты и увеличивался с каждым вечером поступления. На отделении трансплантации стволовых клеток дети проводили более 60 процентов времени при неоптимальном освещении, а 98 процентов дневных часов — при слишком тусклом уровне освещения [150]. Кроме того, в ночные периоды уровень шума был выше, чем рекомендованный Всемирной организацией здравоохранения для сна.

Для решения этой проблемы больничные отделения могут внедрить различные меры для улучшения условий сна, включая снижение шума, оптимальное освещение, поведенческую поддержку и минимизацию количества входов в комнату ночью путём «объединения» посещений, чтобы вся плановая помощь проходила во время одного входа в палату. Пилотное исследование оценивало упаковку как одну из нескольких экологических мер для улучшения сна у госпитализированных детей с раком мозга [151]. Кроме того, ребёнок и его опекуны определяли распорядок перед сном, время отхода ко сну и время пробуждения; использовали машины для белого шума и светоблокирующие жалюзи; и занимался вне постели днём. Родители и пациенты оценили распорядок и попросили принять аналогичные экологические меры при последующих госпитализациях. Хотя протоколы не были тщательно протестированы, вероятно, что больницы уделяют внимание снижению уровня освещения и звука ночью, оптимальному освещению в дневное время, комплексному уходу и поддержанию структурированного режима сна и бодрствования могут положительно влиять на уровень сна и дневной активности у пациентов. (См.  «Плохой сон и бессонница у госпитализированных взрослых».)

Медикаменты

Чрезмерная дневная сонливость — Лечение ЭДС у детей с раком похоже на лечение сонливости у в целом здоровых детей. Для детей с нарколепсией, вызванной медицинским расстройством (вторичная нарколепсия) или гиперсомнией, вызванной медицинским расстройством, основой лечения является сочетание нефармакологических вмешательств (обеспечения достаточной гигиены сна и продолжительности сна) и фармакологической терапии [152]. Цель — оптимизировать бодрость в течение дня, уделяя особое внимание занятиям и ключевым социальным активностям, минимизируя побочные эффекты.

К препаратам, полезным для этой цели, относятся традиционные стимуляторы, такие как метилфенидат и декстроамфетамин [153,154], а также препараты, способствующие бодрствующему состоянию, такие как модафинил или армодафинил [152]. Стоит отметить, что последние два препарата одобрены Управлением по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA) только для взрослых, и их использование у детей младше 18 лет считается «вне указания». Не существует крупных систематических исследований, связанных с применением этих препаратов у детей с раком. Однако разнообразные небольшие случаи и личные наблюдения авторов явно подтверждают фармакологическое вмешательство у детей с патологической сонливостью и раком, особенно у людей с опухолями мозга. Требуется тщательное наблюдение со временем для корректировки времени и дозы препарата, а также для наблюдения за побочными эффектами или появлением других нарушений сна, способствующих дневной сонливости.

Бессонница — Для детей с бессонницей первым шагом является оптимизация нефармакологических вмешательств, включая описанные выше поведенческие и экологические стратегии. Расстройства сна, которые можно диагностировать и эффективно лечить, такие как хроническая бессонница и обструктивное апноэ сна (ОАС), следует учитывать [155]. Клиницист также должен изучить весь спектр возможных медицинских причин или факторов, способствующих бессоннице, включая хроническую боль, гастроэзофагеальный рефлюкс, побочные эффекты медикаментов или немедицинские причины, такие как проблемы со сном в окружающей среде или психологические проблемы, такие как тревога или депрессия.

Для детей, которые не смогли отреагировать на нефармакологические вмешательства, мы предлагаем один из следующих препаратов. Это использование вне инструкции, поскольку ни один из них не одобрен FDA для лечения хронической бессонницы у детей. Хроническое употребление «безрецептурных» препаратов, таких как димедрол, следует избегать, поскольку толерантность развивается. Выбор лекарств должен основываться на оценке клинициста о наилучшем совпадении клинических обстоятельств (например, типа проблем со сном, характеристик пациента, ожидаемая продолжительность терапии), индивидуальных свойств доступных препаратов (например, начало действия, безопасность и переносимость) и сопутствующими расстройствами (например, синдром дефицита внимания с гиперактивностью, тревожность или депрессия). Конкретные аспекты обсуждаются в отдельном обзоре темы. (См.  «Фармакотерапия при бессоннице у детей и подростков: рациональный подход».)

Взрослые выжившие сообщали о значительно большем употреблении «безрецептурных» снотворных добавок по сравнению с их братьями и сёстрами, а те, кто страдает от эмоционального стресса, значительно чаще принимают снотворные или добавки, чем их братья и сёстры [12].

ССЫЛКИ НА РУКОВОДСТВО ОБЩЕСТВА —

Ссылки на общество и государственные рекомендации из выбранных стран и регионов мира предоставляются отдельно. (См.  «Ссылки на руководство общества: бессонница у детей» и  "Ссылки на руководство общества: Парасомнии, гиперсомнии и нарушения циркадного ритма" и "Ссылки на руководство Общества: нарушения дыхания, связанные со сном, включая обструктивное апноэ сна у детей".)

РЕЗЮМЕ И РЕКОМЕНДАЦИИ

● **Чрезмерная дневная сонливость (ЭДС**) — ЭДС присутствует у многих детей, проходящих лечение рака, или у детей, переживших рак, особенно у людей с опухолями мозга. Причины или факторы, способствующие ЭДС, могут включать недостаток или прерывание сна из-за обструктивного апноэ сна (ОАС), хроническое расстройство бессонницы, синдром беспокойных ног (РЛС), нарушения циркадного ритма сна и бодрствования или другие нарушения сна. (См. выше «Чрезмерная дневная сонливость» и «Рак центральной нервной системы».)

●**Бессонница** – Бессонница — ещё одна распространённая клиническая форма среди детей с раком. Во многих случаях существуют поведенческие факторы (например, установление ограничений родителями или опекуном или условная бессонница). Другими факторами могут быть прямые последствия рака или его лечения (боль, лучевая терапия, глюкокортикоиды или химиотерапия) или нарушения циркадного ритма из-за госпитализации или других факторов, влияющих на окружающую среду. Хроническое расстройство бессонницы и специфические подтипы часто можно диагностировать и эффективно лечить. (См. выше «Поведенческая бессонница » и «Нарушения циркадного ритма сна и бодрствования» выше.)

●**Усталость** — Усталость отмечается у большинства детей во время терапии, направленной на рак, и может сохраняться в период выживания; Обычно это субъективное чувство физической, эмоциональной или когнитивной усталости, которое мешает участвовать в физических или социальных мероприятиях. Клиницистам следует попытаться отличить усталость от сонливости, задавая вопросы о конкретных симптомах ЭДС. Однако лечимые нарушения сна могут лежать в основе усталости, так же как они часто лежат в основе сонливости. Вмешательства, которые могут помочь снизить усталость, включают физическую активность и светотерапию. (См. выше «Усталость » и «Экологические вмешательства » выше.)

●**Оценка** – Дети с опухолями мозга имеют особенно высокий риск патологической и персистирующей ЭДС, включая нарколепсию. Также распространены нарушения циркадного ритма сна и бодрствования, а также нарушения дыхания (обструктивное и/или центральное апноэ сна). В результате оценка ребёнка с опухолью мозга и жалобами на сон обычно включает полисомнографию (PSG), после чего может сопровождаться многократным тестом на латентность сна (MSLT). (См. выше «Рак центральной нервной системы ».)

●**Лечение** – Выбор вмешательств при ЭДС или бессоннице должен быть направлен на причину нарушения сна, определяемую тщательной диагностической оценкой. Во многих случаях сочетание диагнозов и факторов может способствовать возникновению проблем со сном (таблица 3). Общее управление обычно включает:

•Формировать и поддерживать здоровые привычки сна (таблица 5). (См. выше раздел «Здоровые привычки сна ».)

•Используйте поведенческие стратегии для лечения поведенческой бессонницы (из-за установки ограничений родителей/опекуна или ассоциаций с началом сна у младших детей или условной бессонницы у старших). (См. выше раздел «Специфические поведенческие стратегии ».)

•Оптимизируйте условия сна и увеличьте дневное воздействие света и физической активности для развития циркадных ритмов. (См. выше раздел «Экологические вмешательства ».)

•Для детей, которые не реагируют на эти вмешательства и не проходят лечение любого сопутствующего нарушения сна, адъюнктивная фармакотерапия часто бывает полезной, особенно для детей с ЭДС или бессонницей из-за опухолей мозга. (См. раздел «Лекарства» выше и  «Фармакотерапия бессонницы у детей и подростков: рациональный подход».)

# ССЫЛКИ

* Рак у детей и подростков. Национальный институт рака NIH. https://www.cancer.gov/types/childhood-cancers/child-adolescent-cancers-fact-sheet#:~:text=In%202013%E2%80%932019%2C%205%2D,adolescents%20ages%2015%E2%80%9319%20years (Дата обращения: 6 января 2025).
* Статистика о раке: детский лейкоз (возраст 0-19 лет). Программа наблюдения, эпидемиологии и конечных результатов Национального института рака NIH. https://seer.cancer.gov/statfacts/html/childleuk.html (Дата обращения: 2 января 2025).
* Остром QT, Cioffi G, Waite K, и др. Статистический отчет CBTRUS: первичные опухоли мозга и других центральных нервных систем, диагностированные в США в 2014–2018 годах. Neuro Oncol 2021; 23:iii1.
* Hinds PS, Hockenberry M, Rai SN и др. Ночные пробуждения, нарушения сна и усталость у госпитализированных детей с раком. Oncol Nurs Forum 2007; 34:393.
* Даниэль Л.К., ван Литсенбург Р.Р.Л., Роджерс В.Е. и др. Призыв к действию для расширения исследований сна в детской онкологии: позиционный доклад от имени Специальной группы педиатрии Международного общества психоонкологии. Психоонкология 2020; 29:465.
* Mulrooney DA, Ness KK, Neglia JP и др. Усталость и нарушения сна у взрослых, переживших детский рак: отчёт из исследования выживших после детского рака (CCSS). Сон 2008; 31:271.
* Батт З., Розенблум С.К., Абернети А.П. и др. Усталость — самый важный симптом для пациентов с запущенным раком, проходящих химиотерапию. J Natl Compr Canc Netw 2008; 6:448.
* Цельцер Л.К., Реклитис С., Бухбиндер Д., и др. Психологическое состояние выживших после рака в детстве: отчет Детского исследования выживших после рака. J Clin Oncol 2009; 27:2396.
* Пердикарис П, Меркурис А, Патираки Э и др. Изменения усталости у детей в ходе лечения детского рака. Int Nurs Rev. 2008; 55:412.
* Крэбтри VM, Rach AM, Schellinger KB и др. Изменения сна и усталости у недавно леченных пациентов с педиатрической онкологией. Support Care Cancer 2015; 23:393.
* van Litsenburg RR, Huisman J, Hoogerbrugge PM и др. Нарушение сна влияет на качество жизни детей во время поддерживающего лечения острого лимфобластного лейкоза: исследовательское исследование. Жизненные результаты по квалификации здоровья 2011; 9:25.
* Дэниел Л.С., Ванг М., Малруни Д.А. и др. Сон, эмоциональный стресс и физическое здоровье у переживших детский рак: отчёт Детского исследования выживших после рака. Психоонкология 2019; 28:903.
* Нунес МДР, Джейкоб Э., Бомфим Э.О. и др. Усталость и качество жизни, связанное со здоровьем, у детей и подростков с раком. Eur J Oncol Nurs 2017; 29:39.
* Шульте ФСМ, Чалифур К, Итон Г, Гарланд СН. Качество жизни среди выживших после рака у подростков и молодых взрослых в Канаде: исследование молодых взрослых с раком в расцвете (YACPRIME). Рак 2021; 127:1325.
* Graef DM, Crabtree VM, Srivastava DK и др. Сон и настроение во время госпитализации для высокодозной химиотерапии и гемопоэтического спасения при детской медуллобластоме. Психоонкология 2018; 27:1847.
* Американская академия медицины сна. Международная классификация нарушений сна, 3-е изд., редакция текста, Американская академия медицины сна, 2023.
* Зупанек С., Джонс Х., Стремлер Р. Привычки сна и усталость детей, получающих поддерживающую химиотерапию для ВСЕХ и их родителей. J Pediatr Oncol Nurs 2010; 27:217.
* Хиндс П.С., Хокенберри М.Дж., Гаттузо Дж.С. и др. Дексаметазон влияет на сон и усталость у детей с острым лимфобластным лейкозом. Рак, 2007; 110:2321.
* Йе Ч.Х., Чианг Ю.К., Лин Л. и др. Клинические факторы, связанные с усталостью со временем у пациентов с педиатрической онкологией, проходящих химиотерапию. Br J Cancer 2008; 99:23.
* Sun JL, Wu SC, Chang LI и др. Связь между воздействием света и сном, усталостью и депрессией у амбулаторных пациентов с раком: тест медиаторного эффекта. Онкологические медсестры 2014; 37:382.
* Уокер А.Дж., Джонсон К.П., Мясковски К. и др. Качество сна и поведение в области гигиены сна у подростков во время химиотерапии. J Clin Sleep Med 2010; 6:439.
* Розен GM, Bendel AE, Neglia JP и др. Сон у детей с опухолями центральной нервной системы: обзор случая 14 детей. Педиатрия 2003; 112:e46.
* Жакола Л.М., Конклин Х.М., Скоггинс М.А. и др. Исследование роли участия опухоли гипоталамуса в сне и когнитивных исходах у детей, лечащихся от краниофарингиомы. J Pediatr Psychol 2016; 41:610.
* Калейяс Дж, Мэнли П, Котаре СВ. Нарушения сна у детей с раком. Семин Педиатр Нейрол 2012; 19:25.
* Спатис А, Бут С, Гроув С и др. Усталость, связанная с раком, у подростков и молодых взрослых широко распространена, вызывает стресс и игнорируется: пора вмешаться. Систематический обзор литературы и нарративный синтез. J Adolesc Молодёжный Взрослый Oncol 2015; 4:3.
* Розен Г., Бранд С.Р. Сон у детей с раком: обзор случая 70 детей, оценённых в комплексном детском центре сна. Поддержка Cancer 2011; 19:985.
* Розен GM, Шор AC, Геллер TJ. Спите у детей с раком. Карр Опин, Педиатр 2008; 20:676.
* Ким Х., Чжоу Э.С., Шевалье Л. и др. Родительское поведение, эмоции перед сном и нарушения сна у детей с раком. J Pediatr Psychol 2020; 45:550.
* Лю Л., Марлер М.Р., Паркер Б.А. и др. Связь между усталостью и воздействием света во время химиотерапии. Поддержка Cancer 2005; 13:1010.
* О'Хиггинс CM, Brady B, O'Connor B и др. Патофизиология усталости, связанной с раком: современные споры. Support Care Cancer 2018; 26:3353.
* Роджерс В.Е., Чжу С., Мандрелл Б.Н. и др. Связь между ритмами циркадной активности и усталостью у госпитализированных детей с раком ЦНС, получающих высокие дозы химиотерапии. Support Care Cancer 2020; 28:1459.
* Лю Л, Рисслинг М, Нейкруг А. и др. Усталость и ритмы циркадной активности у пациенток с раком молочной железы до и после химиотерапии: контролируемое исследование. Усталость 2013; 1:12.
* Rogers VE, Zhu S, Ancoli-Israel S, Hinds PS. Нарушения ритмов циркадной активности наблюдаются во время терапии дексаметазоном у детей с лейкемией. Педиатр по раку крови 2014; 61:1986.
* Steur LMH, Kaspers GJL, van Someren EJW и др. Влияние поддерживающей терапии на ритмы сна и бодрствования и усталость, связанную с раком, при детской острой лимфобластной лейкемии. Support Care Cancer 2020; 28:5983.
* Пирсманн Ш.М., Гроотенхёйс М.А., ван Стратен А и др. Распространённость нарушений сна, факторы риска и потребности в лечении сна у подростков и молодых взрослых с детским онкологическим наблюдением после лечения. Cancers (Базель) 2022; 14.
* Унтерхальт М, Херрман Р, Тиман М и др. Преднимустин, митоксантрон (PmM) против циклофосфамид, винкристина, преднизолона (COP) для лечения тяжелой формы неходжкинской лимфомы. Немецкая группа по изучению лимфомы низкой степени. Лейкемия 1996; 10:836.
* Erline abstract_t">Cil T, Altintas A, Tamam Y и др. Тяжелая полинейропатия, вызванная винкристином, у пациента с лимфомой Ходжкина: описание (тяжелая полинейропатия, индуцированная винкристином). J Pediatr Hematol Oncol 2009; 31:787.
* Сигел Р, ДеСантис С, Вирго К и др. Статистика лечения рака и выживаемости, 2012. CA Cancer J Clin 2012; 62:220.
* Williams PD, Schmideskamp J, Ridder EL, Williams AR. Мониторинг симптомов и зависимый уход во время лечения рака у детей: пилотное исследование. Онкологические медсестры, 2006; 29:188.
* Хоккенберри-Итон М., Хиндс П.С., Алкосер П., и др. Усталость у детей и подростков с раком. J Pediatr Oncol Nurs 1998; 15:172.
* Hinds PS, Hockenberry M, Tong X и др. Валидность и надёжность нового инструмента для измерения усталости, связанной с раком, у подростков. J Управление симптомами боли 2007; 34:607.
* Dupuis LL, Milne-Wren C, Cassidy M и др. Оценка симптомов у детей, проходящих терапию рака: взгляд родителей. Support Care Cancer 2010; 18:281.
* Irestorm E, Steur LMH, Kaspers GJL и др. Траектории усталости во время детской терапии ALL связаны с усталостью после лечения: национальное лонгитюдное когортное исследование. Поддержка Cancer 2022; 31:1.
* Варни JW, Burwinkle TM, Katz ER и др. PedsQL в детском раке: надёжность и валидность универсальных шкал Педиатрического инвентаря качества жизни, многомерной шкалы усталости и модуля по раку. Рак, 2002; 94:2090.
* Варни Дж.В., Божан А.А., Лимберс К.А. Факторная инвариантность детских пациентов, самосообщающих о усталости по возрасту и полу: многогрупповый подтвердительный факторный анализ с использованием многомерной шкалы усталости PedsQL™. Qual Life Res 2013; 22:2581.
* Хиндс П.С., Ян Дж., Гаттузо Дж.С. и др. Психометрическая и клиническая оценка 10-пунктной уменьшенной версии инструмента Шкалы усталости — Child. J Управление симптомами боли 2010; 39:572.
* Мандрелл Б.Н., Янг Дж., Гук М.С. и др. Психометрическая и клиническая оценка 13-пунктной уменьшенной версии шкалы усталости для подростков. J Pediatr Oncol Nurs 2011; 28:287.
* Lai JS, Stucky BD, Thissen D и др. Развитие и психометрические свойства банков педиатрической усталости PROMIS(®). Qual Life Res 2013; 22:2417.
* Анколи-Исраэль С, Рисслинг М, Нейкруг А и др. Световое лечение предотвращает усталость у женщин, проходящих химиотерапию при раке молочной железы. Support Care Cancer 2012; 20:1211.
* Эриксон Дж.М., Бек С.Л., Кристиан Б. и др. Паттерны усталости у подростков, получающих химиотерапию. Oncol Nurs Forum 2010; 37:444.
* Хоккенберри М.Дж., Хук М.С., Грегурих М., и др. Кластеры симптомов у детей и подростков, принимающих цисплатин, доксорубицин или ифосфамид. Oncol Nurs Forum 2010; 37:E16.
* Эриксон Дж.М., Бек С.Л., Кристиан Б.Р.Р. и др. Усталость, нарушения сна и бодрствования, а также качество жизни у подростков, проходящих химиотерапию. J Pediatr Hematol Oncol 2011; 33:e17.
* Гибсон Ф., Малхолл А.Б., Ричардсон А., и др. Феноменологическое исследование усталости у подростков, проходящих лечение от рака. Oncol Nurs Forum 2005; 32:651.
* Миллер Э., Джейкоб Э., Хоккенберри М.Дж. Тошнота, боль, усталость и множественные симптомы у госпитализированных детей с раком. Oncol Nurs Forum 2011; 38:E382.
* Скотт Дж.А., Лаш К.Е., Барсевик А.М., Пио-Луи Э. Опыт пациентов с усталостью, связанной с раком: обзор и синтез качественных исследований. Oncol Nurs Forum 2011; 38:E191.
* Strömgren AS, Niemann CU, Tange UB и др. Качество жизни и симптомы у пациентов с злокачественными заболеваниями, госпитализирующих в комплексный онкологический центр. Поддержка Cancer 2014; 22:1843.
* Хоккенберри-Итон М., Хиндс П.С. Усталость у детей и подростков с раком: эволюция программы изучения. Семин Онкол Нурс 2000; 16:261.
* Акснес Л.Х., Холл К.С., Йебсен Н., и др. Молодые выжившие после злокачественных опухолей костей конечностей: сравнительное исследование качества жизни, усталости и психического стресса. Support Care Cancer 2007; 15:1087.
* Хамре Х, Зеллер Б, Канеллопулос А и др. Высокая распространённость хронической усталости у взрослых, выживших длительно после острого лимфобластного лейкоза и лимфомы в детстве и подростковом возрасте. J Adolesc Молодёжный Oncol 2013; 2:2.
* Браймейер С., Адамс Л., Чжу Л., и др. Жалобы на сон у переживших детские опухоли мозга. Support Care Cancer 2016; 24:23.
* Gapstur R, Gross CR, Ness K. Факторы, связанные с нарушениями сна и бодрствования у детей и взрослых, переживших педиатрические опухоли мозга: обзор. Oncol Nurs Forum 2009; 36:723.
* ван Литсенбург Р., Камара Д., Айресторм Э., и др. Проблемы со сном во время и после детских опухолей мозга. Lancet Child Adolesc Health 2023; 7:280.
* Müller HL, Handwerker G, Gebhardt U и др. Лечение мелатонином у пациентов с ожирением и детской краниофарингиомой и повышенной дневной сонливостью. Контроль причин рака, 2006; 17:583.
* Макартни Г., ВанДенКеркхоф Э., Харрисон М.Б., Стейси Д. Опыт симптомов и качество жизни у педиатрических переживших опухоли мозга: поперечное исследование. J Управление симптомами боли 2014; 48:957.
* Мюллер Х.Л., Мюллер-Штёвер С., Гебхардт У и др. Вторичная нарколепсия может быть причиной повышенной дневной сонливости у детей с ожирением с краниофарингиомой. J Pediatr Endocrinol Metab 2006; 19 Suppl 1:423.
* Сноу А, Гозал Э, Малхотра А и др. Тяжёлая гиперсонноленция после операции на гипофизе/гипоталамике у подростков: клинические характеристики и возможные механизмы. Педиатрия 2002; 110:e74.
* Мандрелл БН, ЛаРоза К, Хэнкок Д. и др. Предикторы нарколепсии и гиперсомнии вследствие медицинских нарушений при детской краниофарингиоме. J Neurooncol 2020; 148:307.
* Graef DM, Phipps S, Parris KR и др. Сонливость, усталость, поведенческие функции и качество жизни у переживших трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток в детстве. J Pediatr Psychol 2016; 41:600.
* Graef DM, Crabtree VM. Опухоли мозга. В: Нарушения сна у подростков: клинический кейсбук, Kothare SV, Scott RQ (ред.), Springer, Нью-Йорк, 2017. стр. 133.
* van Kooten JAMC, Maurice-Stam H, Schouten AYN и др. Высокая частота проблем со сном у выживших после детской опухоли мозга с нейрокогнитивными жалобами: связь с психосоциальными и поведенческими исполнительными функциями. Pediatr Blood Cancer 2019; 66:e27947.
* Хан RB, Merchant TE, Sadighi ZS и др. Распространённость, факторы риска и реакция на лечение гиперсомнии центрального происхождения у выживших после опухолей мозга в детстве. J Neurooncol 2018; 136:379.
* Eismann EA, Lush E, Sephton SE. Циркадные эффекты в психонейроэндокринных и иммунных путях, связанных с раком. Психонейроэндокринология, 2010; 35:963.
* Септон С, Шпигель Д. Циркадные нарушения при раке: нейроэндокринно-иммунный путь от стресса к болезни? Мозговой Иммун, 2003; 17:321.
* Xia HC, Niu ZF, Ma H и др. Дерегулируемая экспрессия Per1 и Per2 в человеческих глиомах. Can J Neurol Sci, 2010; 37:365.Müller HL, Handwerker G, Wollny B и др. Секреция мелатонина и повышенная дневная сонливость у детей с краниофарингиомой. Дж. Клин, Эндокринол, Метаб, 2002; 87:3993.
* Эцони А., Любошицкий Р., Тиосано Д., и др. Замена мелатонина корректирует нарушения сна у ребёнка с шишковидной опухолью. Неврология 1996; 46:261.
* Мандера М., Маркол В., Бежинская-Мачишин Г., Ключевска Э.. Шишковидные кисты в детстве. Childs Nerv Syst 2003; 19:750.
* Бородкин К., Аялон Л., Канети Х., Даган Й. Дисрегуляция циркадных ритмов после микроаденомы гипофиза, выделяющей пролактин. Chronobiol Int 2005; 22:145.
* Камара Д., Кроули С.Дж., Крэбтри В.М. и др. Циркадные ритмы при детской краниофарингиоме. Front Sleep 2023; 2:1153144.
* О'Горман CS, Simoneau-Roy J, Pencharz P, и др. Нарушения дыхания во сне чаще наблюдаются у подростков с ожирением и краниофарингиомой по сравнению с контролем ожирения. J Clin Endocrinol Metab 2010; 95:2211.
* Олсон К. Нарушения, связанные со сном, среди подростков с раком: систематический обзор. Sleep Med 2014; 15:496.
* Феликс О, Амаддео А, Ольмо Арройо Дж и др. Центральное апноэ сна у детей: опыт работы в одном центре. Sleep Med 2016; 25:24.
* Келли DH, Кришнамурти KS, Шеннон DC. Астроцитома у младенца с продолжительной апноэ. Педиатрия 1980; 66:429.
* Куна СТ, Смикли Дж.С., Мёрчисон ЛК. Гиперкарбическое периодическое дыхание во сне у ребёнка с опухолью центральной нервной системы. Am Rev Respir Dis 1990; 142:880.
* Хуэй Ш.Х., Винг Й.К., Пун В. и др. Синдром альвеолярной гиповентиляции при глиоме ствола мозга с улучшением после хирургической резекции. Chest 2000; 118:266.
* Рим Э., Гибсон Ф., Эдвардс Дж. и др. Опыт усталости у подростков, живущих с раком. Онкологические медсестры, 2006; 29:317.
* Клантон Н.Р., Клоски Дж.Л., Ли С., и др. Усталость, жизненная сила, сон и нейрокогнитивные функции у взрослых, переживших детский рак: отчёт Детского исследования выживших после рака. Рак, 2011; 117:2559.
* Irestorm E, Schouten-van Meeteren AYN, van Gorp M и др. Развитие усталости после лечения педиатрических опухолей мозга не различается между локализациями опухоли. Педиатрический рак крови 2024; 71:e31028.
* Дэниел ЛК, Аггарвал Р, Шварц ЛА. Сон у подростков и молодых взрослых в год после лечения рака. J Adolesc Молодёжный Oncol 2017; 6:560.
* Юсуфов М., Чжоу ЕС, Реклитис С.Дж. Психометрические свойства индекса тяжести бессонницы у выживших после рака. Психоонкология 2019; 28:540.
* Чжоу ЭС, Мэнли ПЭ, Маркус К.Дж., Реклитис С.Дж. Медицинские и психосоциальные корреляты симптомов бессонницы у взрослых, переживших педиатрические опухоли мозга. J Pediatr Psychol 2016; 41:623.
* Кэти Р., Анна Г., Галликкио Л., Гамалдо С. Риск нарушения дыхания во сне у выживших после рака в детстве: исследовательское исследование. Pediatr Blood Cancer 2015; 62:693.
* Луменг Дж.С., Червин Р.Д. Эпидемиология детского обструктивного апноэ сна. Proc Am Thorac Soc 2008; 5:242.
* Мерфи А.Дж., Уайт М., Эллиотт С.А. и др. Состав тела детей с раком во время лечения и в период выживания. Am J Clin Nutr 2015; 102:891.
* Zhang FF, Kelly MJ, Saltzman E и др. Ожирение у педиатрических выживших ALL: мета-анализ. Педиатрия 2014; 133:e704.
* Zhang FF, Rodday AM, Kelly MJ и др. Предикторы избыточного веса или ожирения у выживших после острого лимфобластного лейкоза (ОЛЛ). Педиатр по раку крови 2014; 61:1263.
* Уилсон С.Л., Лю В., Ян Дж.Дж. и др. Генетические и клинические факторы, связанные с ожирением у взрослых, переживших детский рак: отчёт когорты St. Jude Lifetime. Рак, 2015; 121:2262.
* Харт К.Н., Палермо Т.М., Розен К.Л. Качество жизни детей, связанных со здоровьем, обращающихся в клинику детских расстройств сна. Behav Sleep Med 2005; 3:4.
* Минделл JA, Оуэнс JA. Проблемы со сном в педиатрической практике: клинические проблемы для практикующей педиатрической медсестры. J Pediatr Health Care 2003; 17:324.
* Magee CA, Robinson L, Keane C. Подтипы качества сна предсказывают качество жизни детей, связанное со здоровьем. Sleep Med 2017; 35:67.
* Палмер К.А., Альфано К.А. Регуляция сна и эмоций: организованный, интегративный обзор. Sleep Med Rev. 2017; 31:6.
* Дэйли Б.П., Браун Р.Т. Обзор научной литературы: управление нейрокогнитивными поздними эффектами с помощью стимуляторов. J Pediatr Psychol 2007; 32:1111.
* Мур BD 3-й. Нейрокогнитивные результаты у переживших детский рак. J Pediatr Psychol 2005; 30:51.
* Спенсер Дж. Роль когнитивной реабилитации у переживших детский рак, испытывающих нейрокогнитивные поздние эффекты. J Pediatr Oncol Nurs 2006; 23:321.
* Астилл Р.Г., Ван дер Хейден К.Б., Ван Айзендорн М.Х., Ван Сомерен Э.Й. Проблемы сна, когнитивных функций и поведения у детей школьного возраста: столетие исследований, мета-анализируемых. Psychol Bull 2012; 138:1109.
* Paavonen EJ, Räikkönen K, Pesonen AK и др. Качество сна и когнитивные способности у восьмилетних детей. Sleep Med 2010; 11:386.
* Курсио Г., Феррара М., Де Дженнаро Л. Недостаток сна, учебные способности и академическая успеваемость. Sleep Med Rev. 2006; 10:323.
* Копас М, Лёссл Б, Хорняк М и др. Сон и память у здоровых детей и подростков — критический обзор. Sleep Med Rev 2010; 14:167.
* Лунд Х.Г., Рейдер Б.Д., Уайтинг А.Б., Причард Дж.Р. Паттерны сна и предикторы нарушения сна у большой группы студентов колледжей. J Adolesc Health 2010; 46:124.
* Андерсон FS, Kunin-Batson AS. Нейрокогнитивные поздние эффекты химиотерапии у детей: последние 10 лет исследований структуры и функций мозга. Педиатр по раку крови 2009; 52:159.
* Патено АФ, Купст МД. Психосоциальное функционирование при детском раке. J Pediatr Psychol 2005; 30:9.
* Дэниел ЛС, Брамли ЛД, Шварц ЛА. Усталость у подростков с раком по сравнению со здоровыми подростками. Pediatr Blood Cancer 2013; 60:1902.
* Ди Рисо Д, Спаджари С, Гайга Г и др. Сон и психологические характеристики детей с раком и сахарным диабетом 1 типа, а также их опекунов. Sleep Med 2023; 103:69.
* Ландольт МА, Воллрат М., Ниггли ФК и др. Качество жизни, связанное со здоровьем, у детей с недавно диагностированным раком: годовое последующее исследование. Жизненные результаты по квалификации здоровья 2006; 4:63.
* Wu WW, Tang CC, Jou ST, Yu TH. Связи между усталостью, нарушениями сна, физической активностью и качеством жизни детей с раком: корреляционное исследование. Онкологические медсестры 2022; 45:421.
* Бергер А.М., Паркер К.П., Янг-МакКоган С., и др. Нарушения пробуждения сна у людей с раком и их опекунов: состояние науки. Oncol Nurs Forum 2005; 32:E98.
* Доан Лд, Гресс-Смит Дж. Л., Брайтенштейн Р.С. Многометодные оценки сна на этапе перехода в колледж и их связи с симптомами депрессии и тревожности. J Youth Adolesc 2015; 44:389.
* Дэниел ЛК, Катарозоли С, Крэбтри ВМ и др. Вмешательства во сне в детской онкологии: систематический обзор доказательств. Педиатрический рак крови 2024; 71:e31202.
* Мелтцер Л.Дж., Мур М. Нарушения сна у родителей детей и подростков с хроническими заболеваниями: распространённость, причины и последствия. J Pediatr Psychol 2008; 33:279.
* Чжоу ЭС, Вруман ЛМ, Мэнли ПЕ и др. Адаптированное проведение когнитивно-поведенческого лечения бессонницы у подростков и молодых взрослых, переживших рак: пилотное исследование. Behav Sleep Med 2017; 15:288.
* Чжоу ЭС, Реклитис С. Дж. Вмешательство при бессоннице через Интернет улучшает сон и качество жизни подростков и молодых взрослых, переживших рак. Педиатр по раку крови 2020; 67:e28506.
* Чжоу ЭС, Бисе Б, Крэбтри ВМ, Реклитис С. Дж. Краткая, ориентированная на семью, видеоконференционная программа по лечению поведенческой бессонницы у детских выживших после рака в начальной школе: исследование с доказательством концепции. Педиатрический рак крови 2025; 72:e31517.
* Червин РД. Сонливость, усталость, усталость и недостаток энергии при обструктивном апноэ сна. Chest 2000; 118:372.
* Чотинайваттаракул W, O'Brien LM, Fan L, Chervin RD. Усталость, усталость и недостаток энергии улучшаются при лечении ОАС. J Clin Sleep Med 2009; 5:222.
* Braley TJ, Segal BM, Chervin RD. Обструктивное апноэ сна и усталость у пациентов с рассеянным склерозом. J Clin Sleep Med 2014; 10:155.
* Orsey AD, Wakefield DB, Cloutier MM. Физическая активность (PA) и сон у детей и подростков с раком. Pediatr Blood Cancer 2013; 60:1908.
* Крэбтри VM, LaRosa KN, MacArthur E и др. Осуществимость и приемлемость световой терапии для снижения усталости у подростков и молодых взрослых, получающих терапию, направленную на рак. Behav Sleep Med 2021; 19:492.
* Масуд А.Е., Шахин А.Ам., Алгаббани М.Ф. и др. Эффективность эксергейминга в снижении усталости, связанной с раком, у детей с острым лимфобластным лейкозом: рандомизированное контролируемое исследование. Ann Med 2023; 55:2224048.
* Уорд Т.М., Ранкин С., Ли К.А. Уход за детьми с проблемами сна. J Pediatr Nurs 2007; 22:283.
* Степански Э.Дж., Уайатт Дж.К. Использование гигиены сна при лечении бессонницы. Sleep Med Rev. 2003; 7:215.
* Принципы и практика детской медицины сна, 2-е изд., Шелдон С.Х., Крайгер М.Х., Фербер Р., Гозал Д. (ред.), Elsevier Saunders, Лондон, 2014. стр. 13.
* Ван Биндсберген KLA, ван дер Хёк, ван Горп М и др. Интерактивное обучение по гигиене сна с помощью социального робота в амбулаторной клинике детской онкологии: осуществимость, опыт и предварительная эффективность. Cancers (Базель) 2022; 14.
* Baumann FT, Bloch W, Beulertz J. Клинические вмешательства с использованием упражнений в детской онкологии: систематический обзор. Pediatr Res 2013; 74:366.
* Виггс Л., Франс К. Поведенческие методы лечения проблем сна у детей и подростков с физическими заболеваниями, психологическими или интеллектуальными нарушениями. Sleep Med Rev 2000; 4:299.
* Лоутон С, Франс К, Блэмпид Нью-Мексико. Лечение нарушений сна младенцев постепенным вымиранием. Детская и семейная поведенческая терапия, 1991; 13:39.
* Крэбтри В.М., Бримейер С. Новообразования и сон: влияние и последствия. В: Принципы и практика детской медицины сна, 2-е изд., Шелдон С.Х., Крайгер М.Х., Фербер Р., Гонзай Д. (ред.), Elsevier Saunders, Лондон, 2014. стр. 363.
* Даниэль ЛК, Шварц ЛА, Минделл ДЖА и др. Первичная валидация нарушений сна в модели детского рака. J Pediatr Psychol 2016; 41:588.
* Мелтцер Лорд Джей, Крэбтри В.М. Проблемы со сном у детей: руководство клинициста по поведенческим вмешательствам, Американская психологическая ассоциация Press, 2015.
* Крэбтри VM, Rach AM, Wise MS. Сон и боль. В: Принципы и практика детской медицины сна, 2-е изд., Шелдон С.Х., Крайгер М.Х., Фербер Р., Гонзай Д. (ред.), Elsevier Saunders, Лондон, 2014. стр. 91.
* van der Hoek H, Peersmann SHM, Maurice-Stam H. и др. Влияние онлайн-когнитивно-поведенческой терапии при бессоннице у подростков и молодых взрослых после детского рака: результаты рандомизированного контролируемого исследования. Рак 2025; 131:e35796.
* Брокманн П.Е., Диас Б., Дамиани Ф., и др. Влияние телевидения на качество сна у дошкольников. Sleep Med 2016; 20:140.
* Фалбе Дж., Дэвисон КК, Франкл Р.Л. и др. Продолжительность сна, отдых и экраны в среде сна. Педиатрия 2015; 135:e367.
* Редд В.Х., Вальдимарсдоттир Х., Ву Л.М. и др. Систематическое воздействие света при лечении усталости, связанной с раком: предварительное исследование. Психоонкология 2014; 23:1431.
* Огер Р.Р., Бёрджесс Х.Дж., Эменс Дж.С. и др. Клиническая практическая рекомендация по лечению внутренних циркадных нарушений сна и бодрствования: расстройства фазы сну и бодрствования (ASWPD), расстройства фазы задержки сна и бодрствования (DSWPD), нарушения ритма сна и бодрствования, не дающие 24 часа (N24SWD) и нарушения ритма сна и бодрствования (ISWRD). Обновление за 2015 год: Клиническое руководство Американской академии медицины сна. J Clin Sleep Med 2015; 11:1199.
* Нидерхофер Х, фон Клитцинг, К. Яркое освещение как монотерапия несезонной депрессии у 28 подростков. Int J Психиатрия Клин Практ 2012; 16:233.
* Янас-Козик М, Кшистанек М, Стахович М. и др. Яркий свет при лечении депрессивных симптомов у пациентов с рестриктивным типом нервной анорексии. J Disord Affect 2011; 130:462.
* Папатеодору Г., Кутчер С. Влияние дополнительной световой терапии на облегчение прорывных депрессивных симптомов при биполярном расстройстве, начавшемся в подростковом возрасте. J Psychiatry Neurosci 1995; 20:226.
* Swedo SE, Allen AJ, Glod CA и др. Контролируемое исследование светотерапии для лечения сезонного аффективного расстройства у детей. Детская подростковая психиатрия J Am Acad, 1997; 36:816.
* LaRosa KN, MacArthur E, Wang F. и др. Светотерапия для улучшения качества жизни/депрессии при AYA при раке: рандомизированное исследование. J Pediatr Psychol 2022; 47:306.
* Fidler AL, Waitt J, Lehmann LE и др. Нарушения сна и циркадных факторов: нездоровый уровень шума и освещения у госпитализированных педиатрических пациентов. J Hosp Med 2023; 18:999.
* Мандрелл Б., Притчард М., Браун Э., и др. Пилотное исследование по изучению сна у детей с опухолями мозга, госпитализированных на высокие дозы химиотерапии. Сон 2013.
* Лесендрё М. Фармакологическое лечение нарколепсии и катаплексии у педиатрических пациентов. Paediatr Drugs 2014; 16:363.
* Исмаил Д., О'Коннелл МА, Захарин МР. Использование дексамфетамина для управления ожирением и гиперсонноленцией после повреждения гипоталамуса. J Pediatr Endocrinol Metab 2006; 19:129.
* Маркус CL, Trescher WH, Halbower AC, Lutz J. Вторичная нарколепсия у детей с опухолями мозга. Сон 2002; 25:435.
* Оуэнс Дж.А., Бабкок Д., Блюмер Дж. и др. Использование фармакотерапии в лечении детской бессонницы в первичной медико-санитарной помощи: рациональные подходы. Краткое изложение консенсусного собрания. J Clin Sleep Med 2005; 1:49.Тема 97876 Версия 24.0

---

## 🇬🇧 English Original

# Sleep disorders during and after cancer in children
Authors:Valerie McLaughlin Crabtree, PhDMerrill S Wise, MD Section Editor:Ronald D Chervin, MD, MS Deputy Editor:April F Eichler, MD, MPH
Contributor Disclosures
All topics are updated as new evidence becomes available and our peer review process is complete.Literature review current through: INTRODUCTION —

Advances in treatment for childhood cancers have led to dramatic increases in survival, with overall five-year survival rates of approximately 85 percent by 2019 [1]. Rates of survival vary by the type of cancer; more than 90 percent of children with acute lymphoblastic leukemia survive to adulthood [2], while most children with diffuse intrinsic pontine glioma die within one year from diagnosis  (table 1) [3]. With improved survival, it becomes important for providers to focus on optimizing quality of life and function during and after treatment, including addressing sleep problems and fatigue.

Sleep disturbances are among the most frequently reported symptoms experienced by oncology patients during cancer-directed therapy, and in some cases, these problems continue into survivorship [4,5]. These include excessive daytime sleepiness (EDS), as well as nighttime problems such as poor sleep efficiency, insomnia, obstructive sleep apnea (OSA), and restless legs syndrome (RLS) [5-9]. In addition, many patients experience cancer-related fatigue, which can be exacerbated by sleep disturbance, although it is not itself a sleep disorder [10]. Sleep disruption and fatigue often have adverse effects on mood, behavior, daily activities, social interaction, overall quality of life, and possibly on immune function [5,11-14]. Conversely, mood disruptions during hospitalizations may impact both sleep duration and sleep latency [15].

The clinical characteristics, consequences, and management of sleep problems in children with cancer, and in cancer survivors, will be discussed here. Other topic reviews with related content include:

●(See  "Behavioral sleep problems in children".)

●(See  "Overview of cancer survivorship in adolescents and young adults".)

●(See  "Acute lymphoblastic leukemia/lymphoblastic lymphoma: Outcomes and late effects of treatment in children and adolescents".)

DEFINITIONS

●**Excessive daytime sleepiness (EDS)** – Daytime sleepiness is defined as excessive when it causes a subjective complaint or interferes with function. The American Academy of Sleep Medicine defines EDS as the inability to maintain wakefulness and alertness during the major waking episodes of the day, with sleep occurring unintentionally or at inappropriate times almost daily for at least three months [16].

●**Fatigue** – Fatigue refers to a subjective lack of physical or mental energy. It is generally defined as the subjective feeling of physical, emotional, or cognitive tiredness that interferes with participation in physical or social activities.

In practice, patients often use terms such as sleepiness, tiredness, fatigue, and low energy interchangeably. The clinician should try to distinguish between these complaints to permit optimal management, although it may be difficult to do so. (See  "Approach to the patient with excessive daytime sleepiness".)

OVERVIEW OF PATHOGENESIS —

Mechanisms that can lead to sleep disturbance and fatigue in children with cancer include:

●Effects of the cancer – Cancer may cause sleep disruption due to pain, or direct effects on sleep centers (in brain tumors). Cancers also contribute to fatigue through effects on metabolism, endocrine function, anemia, or systemic symptoms in certain cancers, such as lymphoma.

●Treatment effects – Radiation therapy and/or chemotherapy (in addition to glucocorticoids) are often associated with sleep disruption or fatigue. In addition, sleep may be disrupted by treatment side effects, such as pain, anemia, or nausea [7,17-19].

●Environmental effects – For inpatients, the hospital environment often disrupts sleep routine and continuity due to room entries and exits, taking vital signs, nighttime medication administration, etc. Cancer patients also are at risk for disrupted circadian sleep-wake cycles and for poor-quality sleep due to reduced light exposure, limited mobility, and diminished physical activity [4,20].

●Psychosocial effects – Insomnia, sleepiness, and fatigue can arise due to anxiety, mood problems, and stress associated with a cancer diagnosis, repeated hospitalizations, treatment, or disruption in typical routine [21].

Some of these effects occur primarily during the period of active cancer treatment. Others may persist or even increase over time and cause sleep disruption in cancer survivors. These include the anxiety and depression (any cancer); residual physical effects of the cancer, including chronic pain; and sometimes disruption to brain or endocrine function (primarily in patients with brain tumors). (See  "Overview of cancer survivorship in adolescents and young adults", section on 'Psychiatric and psychosocial needs' and  "Endocrinopathies in cancer survivors and others exposed to cytotoxic therapies during childhood".)

COMMON SLEEP COMPLAINTS AND DISORDERS IN CHILDREN WITH CANCER

All cancers — Excessive daytime sleepiness (EDS) and fatigue are reported by a majority of pediatric oncology patients, and fatigue is often described as one of the most distressing symptoms for youth with cancer [22-25]. Insomnia, circadian rhythm disturbances, restless legs syndrome (RLS), and sleep-disordered breathing are also increased in this population compared with healthy children.

The prevalence of sleep problems is particularly high in children with malignancies of the central nervous system, in whom unique mechanisms contribute to the sleep disturbances, as discussed below. (See 'Central nervous system cancer' below.)

Excessive daytime sleepiness — EDS is present in many children undergoing cancer treatment and is substantially more common than in otherwise healthy children, including those with obesity [4,26]. EDS is especially common and severe among children with brain tumors. (See 'Central nervous system cancer' below.)

Symptoms of EDS include increased duration of sleep time, resumption of daytime napping, significant difficulty awakening in the morning, and difficulty remaining alert during daytime activities [22,27]. Clinicians should try to distinguish EDS from fatigue, which is the subjective feeling of tiredness that interferes with participation in physical or social activities and is also common in this population. (See 'Fatigue' below.)

Causes or contributors to EDS include direct effects of the cancer-directed therapy, poor quality or quantity of sleep due to sleep habits or insomnia, and circadian sleep-wake disturbances. In children with brain tumors, EDS is likely caused by direct effects on the hypothalamus or other centers involved in regulating sleep or circadian rhythms. (See 'Central nervous system cancer' below.)

Identifying the likely cause(s) of the EDS is an important step in management. Each of these sleep problems is outlined in the following sections.

Behavioral insomnia — Children with cancer can be prone to chronic insomnia disorder, manifested as delayed sleep onset, or awakenings. As an example, children with acute lymphocytic leukemia (ALL) experience longer sleep duration and increased daytime napping but also have more sleep disruption, manifested by difficulty with initiating and maintaining sleep, restlessness, bedtime resistance, recurrent nightmares, and changing sleep location during the night [17,18].

Behavioral conditioning often is an important contributor to insomnia in children with cancer, compounding any direct effects from the cancer and its treatment. In younger children, cancer care tends to promote behavioral conditioning because it requires a high level of involvement from the parents or other caregivers, including vigilance at night (eg, for monitoring children for fever or other medical problems). The vigilant caregiver can inadvertently reinforce behaviors, such as cosleeping or nighttime awakenings, that tend to interfere with sleep. Furthermore, if a caregiver is consistently present at sleep onset, this can reinforce the child's need for parental presence to initiate sleep [28]. As sleep is a conditioned response, this type of sleep habit may persist and continue to disrupt sleep after cancer treatment has ended. (See 'Behavioral sleep interventions' below and  "Behavioral sleep problems in children".)

Older children are also at risk for conditioned insomnia as older children and adolescents with cancer may require more parental monitoring and caretaking at night compared with their healthy peers. Even if parents or other caregivers have less direct involvement in nighttime care, the conditioned insomnia can be characterized by anxiety about falling or staying asleep and is more likely in children with underlying generalized or cancer-related anxiety or depression. This type of chronic insomnia disorder is referred to as the psychophysiologic subtype. Circadian rhythm shifts also may play a role. (See  "Behavioral sleep problems in children", section on 'Older children and adolescents'.)

Circadian rhythm sleep-wake disturbances — Several mechanisms may contribute to circadian rhythm disturbances in cancer patients:

●Limited exposure to light may contribute to circadian rhythm disturbance during cancer treatment [29]. Cancer patients may have less exposure to daylight because of reduced outdoor activities, or inpatient environments in which they sleep or spend time in darkened rooms during the day. A negative feedback loop can then become established in which children feel fatigued, engage in less activity, and have less exposure to daytime light; this dampens circadian rhythms and increases fatigue [30,31]. The cycle can be reversed by environmental interventions, such as engagement in more activity during the day and establishment of healthier light/dark cues. (See 'Environmental interventions' below.)

●In some cases, cancer or its treatment contributes directly to the circadian rhythm disturbance. As an example, dexamethasone, which is an important component of treatment for ALL and some other cancers, tends to disrupt circadian rhythms, contributing to cancer-related fatigue [32-34]. Surprisingly, circadian rhythm disturbance is more prominent in ALL patients receiving low-dose dexamethasone compared with those on high-dose dexamethasone. The mechanism for this paradoxical effect is unclear. It is possible that high-dose dexamethasone causes an increased daytime activity level (hyperactivity), which manifests as an apparent improvement in circadian rhythmicity compared with low-dose dexamethasone [33].

●Children with brain tumors are particularly prone to circadian rhythm disturbances. (See 'Central nervous system cancer' below.)

Restless legs syndrome — Children with cancer are probably at increased risk for RLS, which can delay sleep onset due to discomfort. The estimated prevalence in pediatric cancer survivors is 8 percent, which is approximately double the prevalence in healthy children [16,35]. A possible mechanism for the association is iron deficiency, which is a common consequence of chemotherapy and is thought to be an important contributor to RLS. Furthermore, children receiving medications that can cause peripheral neuropathy, such as vincristine [36,37], may be at increased risk for RLS symptoms. (See  "Restless legs syndrome and periodic limb movement disorder in children".)

Fatigue — Fatigue is reported by up to 80 percent of youth receiving chemotherapy [38-42]. Fatigue related to cancer is distinct from typical fatigue in that it is more severe and not relieved by rest. Factors that can contribute to the fatigue include direct effects from chemotherapy or radiation therapy, side effects of certain medications (such as corticosteroids), medical problems due to treatment (such as anemia), disruptions in routine, circadian rhythm disturbance, stress and anxiety, and sleep disruption. Fatigue during treatment is predictive of fatigue up to a year following completion of cancer treatment [43]. (See  "Cancer-related fatigue: Prevalence, screening, and clinical assessment".)

Fatigue is a complicated symptom to measure because there is no gold standard to objectively evaluate specific symptoms or severity of fatigue. Instead, clinicians must rely on either caregiver- or child-reported symptoms. The best approach is to ask patients and their parents or other caregivers directly about symptoms of fatigue, including cognitive, physical, or emotional tiredness. Clinicians should attempt to distinguish fatigue from sleepiness by inquiring about specific symptoms of EDS, as described above. (See 'Excessive daytime sleepiness' above.)

In the research setting, survey instruments are sometimes used to assess fatigue, including the Multidimensional Fatigue Scale [44,45], the Fatigue Scale (with versions for children [46] and adolescents [47]), or the Patient-Reported Outcomes Measurement Information System (PROMIS) measures [48]. Unfortunately, these instruments are used almost exclusively in the context of research and they yield very little clinical utility. In particular, no clear clinical cutoffs have been established to guide clinical intervention based on assessment results.

Fatigue can contribute to many adverse outcomes including poor treatment adherence, reduced social activities, depressive symptoms, and behavior problems [11,49-52]. Furthermore, adolescent and adult oncology patients have described substantial impact of fatigue on mood, physical well-being, social interactions, cognitive abilities (particularly concentration and attention), global distress, and overall quality of life [53-56]. Fatigue is a particularly distressing symptom for adolescents [57] because it interferes with their independence and social activities, which they tend to value highly [53]. Further, fatigue has been demonstrated to persist well into survivorship [58,59]. Thus, evaluation and management of fatigue has the potential to improve overall quality of life as well as social interactions and mood.

Central nervous system cancer — Youth with brain tumors are particularly prone to sleep disturbances, especially EDS, circadian rhythm sleep disturbances, and sleep-related breathing disorders such as obstructive or central sleep apnea. These children also may experience sleep-wake problems common to all children with cancer, such as fatigue and insomnia. Sleep problems may occur before the diagnosis of the cancer or, more commonly, just after diagnosis and during treatment. Some of the problems may persist into survivorship [60-62].

Brain tumors tend to cause sleep problems due to direct effects on brain structures involved with regulation of sleep or breathing during sleep, such as the hypothalamus or brainstem, as well as indirect effects due to hydrocephalus, elevated intracranial pressure, or dysregulation of the hypothalamic-pituitary-endocrine axis. Other factors may include surgical complications or damage to neural structures, or side effects of cranial radiation therapy or chemotherapy. In addition, these children are at risk for sleep problems due to the same treatment-related, psychosocial, and environmental mechanisms that mediate sleep disruption in all children with cancer, as outlined in the previous sections. (See 'Overview of pathogenesis' above.)

Recognition is growing that sleep problems are often under-identified and poorly addressed in children with brain tumors, leading to years of symptoms that may be disabling. There is a paucity of longitudinal studies to characterize and track these problems or to identify risk factors and mediating factors, and few studies address optimal therapeutic approaches in this population.

●**EDS** – Children with brain tumors are particularly prone to EDS, which may be severe and may persist into survivorship [62]. This problem is best documented in children with craniopharyngioma. These tumors are located in the sellar/suprasellar region and often involve or displace the hypothalamus, pituitary gland, and the optic chiasm, leading to vision deficits and a variety of endocrine problems due to disruption of the hypothalamic-pituitary adrenal axis. Symptoms can include rapid onset of obesity (due to hypothalamic dysfunction), behavioral changes, and EDS, including circadian rhythm sleep-wake disturbances and forms of narcolepsy [63]. In one study of children with recently diagnosed craniopharyngioma, 75 percent exhibited pathologic sleepiness as documented by a multiple sleep latency test (MSLT) [23]. In another study of children who had completed therapy, 80 percent reported "feeling drowsy" [64]. Persistent hypersomnolence was noted in a study of craniopharyngioma survivors that documented ongoing EDS and narcolepsy in a subset of survivors [65].

The prevalence and severity of EDS in this population is probably related to direct effects on the hypothalamus or other centers involved in regulating circadian rhythms, as sleepiness is associated with the degree of hypothalamic involvement and not serum or cerebrospinal fluid orexin levels [23,66]. Importantly, the higher the degree of hypothalamic involvement of the tumor, the greater risk for narcolepsy. In one polysomnographic study of survivors of pediatric craniopharyngioma, all patients who were overweight or obese met criteria for hypersomnia [67]. These findings suggest that the mechanism underlying hypersomnolence in certain pediatric brain tumor patients, and particularly those with hypothalamic-pituitary axis involvement, may be different from other causes of pathologic sleepiness, such as narcolepsy with cataplexy (narcolepsy type 1), and often includes both high body mass index and hypothalamic involvement of the tumor [62]. (See  "Clinical features and diagnosis of narcolepsy in children", section on 'Pathophysiology'.)

The profound and persistent EDS in children with brain tumors may have a significant negative impact on cognitive function, academic performance, psychosocial function, and quality of life [11,26,51,68-70]. Because medical efforts are initially focused on diagnosis and prompt intervention with surgery, radiation therapy, or both, sleepiness may not be an immediate source of concern by caregivers or health care providers. Nevertheless, early recognition, evaluation, and treatment of pathologic sleepiness in children with brain tumors are important components of the treatment program. As these patients are at high risk for pathologic EDS including narcolepsy, evaluation typically includes polysomnography (PSG) to evaluate for associated sleep-related breathing disorders, followed by an MSLT for characterization of EDS. Treatment with psychostimulants can improve daytime alertness [71]. (See  "Craniopharyngioma" and  "Approach to the patient with excessive daytime sleepiness".)

●**Circadian rhythm sleep-wake disturbances** – Circadian rhythm sleep-wake disturbance is one mechanism that may contribute to EDS or insomnia in children with brain tumors. Several investigators have studied relationships between circadian rhythms and cancer [72,73] and, specifically, in patients with brain tumors [61,74]. A possible mechanism for the disruption is irregular melatonin secretion due to injury of the suprachiasmatic nuclei of the hypothalamus, which coordinate circadian rhythms [61]. Individuals with craniopharyngiomas, recipients of cranial radiation doses more than 3500 cGy, and those of younger age at the time of treatment experience more severe sleep dysfunction. Patients with brain tumors may experience major dysfunction in the hypothalamic-pituitary adrenal axis affecting both the homeostatic Process S and circadian Process C from the two-process model of sleep regulation [61]. (See  "Sleep-wake disturbances in shift workers", section on 'Pathophysiology'.)

Limited clinical evidence from small case series supports the notion that melatonin has a role in mediating circadian rhythm disruption in children with brain tumors [63,75-78]. In a study of salivary melatonin levels in pediatric patients with craniopharyngioma, nearly half did not have measurable dim light melatonin onset during the sampling window, suggesting that there may be a substantial phase advance in this patient population [79]. A few reports suggest that exogenous melatonin may help to improve circadian rhythm sleep-wake regulation and improve daytime alertness [63,76]. Further investigation of this approach is warranted in children with brain tumors and abnormal circadian regulation. (See 'Medications' below.)

●**Sleep-related breathing disorders** – Sleep-related breathing disorders, including obstructive sleep apnea (OSA) and central sleep apnea, are more common in children with brain tumors than in children with other cancers. These disorders may contribute to EDS and may also impair daytime behavior and function, causing attentional difficulties, hyperactivity, and mood disturbance. (See 'Cognitive, emotional, and behavioral consequences' below.)

An increased risk for OSA in children with brain tumors has been documented in several studies. One of the largest studies used questionnaires to evaluate symptoms in pediatric brain tumor survivors at least five years after diagnosis and reported that 16 percent of survivors snored frequently or almost always, 6 percent snored loudly or very loudly, and 3 percent of survivors reportedly "struggled to breathe" when sleeping [60]. A separate study used PSG to evaluate adolescents with craniopharyngioma and obesity and found that 4 of 15 patients had at least moderate OSA (apnea-hypopnea index >15), which was significantly more than in otherwise healthy controls with obesity [80]. Because of this high prevalence of OSA, the investigators suggested that routine PSG evaluations be considered in craniopharyngioma patients with obesity. A systematic review of studies on adolescents with brain tumors and sleep disturbances reported the presence of sleep-related breathing disturbance, as well as insomnia, parasomnias, and daytime sleepiness and fatigue [81].

Central sleep apnea appears to be a less common complication of brain tumors. In a case series of 14 children with brain tumors who were referred for a sleep evaluation, central sleep apnea was identified in two children (14 percent); in both of these children, the tumor involved the medulla [22]. Conversely, a separate series of children with central sleep apnea reported brain tumors (gangliogliomas) in 17 percent [82]. Other small case series in children with a variety of brain tumors describe abnormal ventilatory control, characterized by hypercarbic periodic breathing, or alveolar hypoventilation [83-85].

Cancer survivors — Fatigue and sleep complaints, including EDS, often persist well into the survivorship period. Several studies document complaints of significant fatigue and sleep complaints among childhood cancer survivors five years after treatment and sometimes continuing into adulthood [6,12,68,86-88]. Among survivors, higher degrees of emotional distress are associated with more sleep problems and EDS [12]. In one report of cancer survivors referred to a pediatric sleep center, 60 percent presented with EDS, 40 percent with sleep-disordered breathing, 24 percent with insomnia (delayed sleep onset or awakenings), 4 percent with circadian rhythm dysfunction, and 9 percent with parasomnias [26]. EDS has been seen in up to 80 percent of youth who have survived brain tumors. Insomnia has been reported in one-third of all survivors and one-fourth of brain tumor survivors [89-91].

Increased risk for sleep-disordered breathing was also noted in a survey of survivors of pediatric non-central nervous system cancers, in which 19 percent reported symptoms of sleep-disordered breathing; this suggests a prevalence substantially higher than the 1 to 4 percent reported for OSA in children more generally [92,93]. It is possible that the increased risk for sleep-disordered breathing is mediated by obesity, which is more common among survivors of childhood cancer [94-96]; the risk for obesity among childhood cancer survivors is associated with corticosteroid treatment as well as younger age at diagnosis [97]. (See  "Acute lymphoblastic leukemia/lymphoblastic lymphoma: Outcomes and late effects of treatment in children and adolescents", section on 'Obesity'.)

IMPACT OF SLEEP DISORDERS ON CHILDREN WITH CANCER —

In healthy children, sleep disturbances are associated with decreased cognitive functioning, increased anxiety and depression, and lower perceived well-being [98-101]. These effects are also relevant for children with cancer and can have important consequences for function and quality of life.

Cognitive, emotional, and behavioral consequences — Pediatric cancer survivors are at risk for poor school performance from extended school absences during treatment and from neurocognitive late effects of cancer treatments [102-104]. These problems may be exacerbated by sleep disturbance, which is known to affect cognition and attention [105-108]; behavior; and mood and social function in healthy children [105,109]  (table 2). Similar mechanisms may contribute to the problems with executive functioning, anxiety, depression, and disturbances in social relationships experienced by many pediatric oncology patients [8,51,87,110,111]. These issues are discussed in detail in a separate topic review. (See  "Cognitive and behavioral consequences of sleep disorders in children".)

Specific to youth with cancer, those with craniopharyngioma and EDS have been found to demonstrate on functional MRI greater activation of frontal brain regions, demonstrating greater attentional effort and likely less efficient processing, likely related to their sleepiness [23]. Survivors of pediatric cancer who have EDS, fatigue, and poor nighttime sleep were more likely to have worse cognitive efficiency, organization, and memory. By caregiver report, survivors of pediatric brain tumors who have more difficulties with nighttime sleep are also more likely to have worse executive function [70]. Taken together, it is likely that sleep disruption poses additional cognitive risk above and beyond that seen typically in pediatric cancer survivors.

Youth with cancer who report high fatigue are more likely to report depressive symptoms and negative affect with lower reporting of positive affect [112]. The combination of fatigue and sleep disruption has been associated with poorer interpersonal interactions and higher rates of anxiety and depression in youth with cancer [51]. Further, pediatric patients with brain tumors who reported worse daytime mood had longer sleep onset latency and shorter sleep that night [15]. Children with cancer who have poorer sleep quality are also more likely to demonstrate worse psychologic adjustment and greater anxiety [113]. Among pediatric cancer survivors, those with poorer sleep, EDS, and fatigue also reported higher rates of emotional distress [12].

Quality of life — As pediatric cancer survivorship rates have improved, quality of life has become an important goal in pediatric oncology research and treatment. Children and adolescents with cancer report poorer quality of life when compared with healthy peers, especially related to physical functioning and mood [114]. Some of these effects may be mediated by sleep disturbance during treatment for cancer [11,52,115] and in long-term cancer survivors [68]. The combined effects of sleep disturbance; excessive daytime sleepiness (EDS); and the physical, social, and emotional consequences of pediatric cancer may result in more negative quality of life than any of these symptoms in isolation [116]. As a result, interventions to address both sleep and fatigue are likely to improve quality of life.

MANAGEMENT —

Because sleep disturbance and fatigue in the pediatric oncology population can have a negative impact on cognition, mood, behavior, and quality of life, it is crucial to manage these symptoms to facilitate healthy sleep and maintenance of daily activities [52]. Similarly, because mood may impact sleep, it is important to address significant mood concerns to promote healthier sleep in this population [15,117]. (See  "Overview of cancer survivorship in adolescents and young adults".)

Little evidence is available to evaluate the effects of specific interventions in the management of sleep disturbance in children with cancer. A systematic review of interventions to manage sleep in children with cancer identified 16 studies including focus on psychoeducational, stress management, physical activity, and pharmacologic interventions [118]. Most were delivered to small samples and had some risk of bias. No consistently strong recommendation could be made based on the studies reviewed. Of note, interventions validated in other healthy populations of children, such as behavioral sleep interventions, were not identified in the literature review.

Nonetheless, interventions that have been validated and used clinically with other populations for improvement of sleep disturbance, anxiety, and mood disruption can be modified for use with childhood cancer patients and survivors as outlined below. It is also important to consider the role of illness management in addressing sleep problems. For example, pain management should be optimized, sleep-inducing medications should be given at bedtime to the extent possible, and obesity should be addressed [119].

Selection of interventions — Selection of interventions depends upon the clinician's analysis of the cause(s) or contributors to the sleep disruption, determined by a thorough clinical assessment. In many cases, a combination of factors may contribute to the sleep problem.

Key considerations for the most common sleep complaints are  (table 3) [52]:

●**Excessive daytime sleepiness (EDS)** – EDS is common among children undergoing cancer-directed therapy and in children with brain tumors, before and after treatment. Recognition of EDS should prompt a thorough sleep and medical history, which is the foundation for establishing the diagnosis. It is not uncommon for more than one diagnosis to be identified, and each etiology should be addressed. The first step is to determine whether the child has a specific sleep disorder that can be diagnosed and treated or has other evidence for interrupted or insufficient nighttime sleep. If so, any behavioral or environmental causes of this problem should be addressed, including circadian rhythm disturbance (see 'Behavioral sleep interventions' below and 'Environmental interventions' below). If insomnia or EDS persist despite intervention, pharmacotherapy may be needed. (See 'Medications' below.)

Children with brain tumors are particularly at risk for both circadian rhythm disturbances and EDS, both before and after treatment, and are more likely to require pharmacotherapy if other measures are not effective.

●**Insomnia** – Selection of the intervention for insomnia depends upon patient characteristics:

•Preschool- or school-aged children with insomnia related to inconsistent limit-setting, which is relatively common. Solutions include optimizing sleep hygiene and parental education about limit-setting and sleep-onset associations. (See 'Behavioral insomnia' above and 'Behavioral sleep interventions' below.)

•Insomnia in school-aged children or adolescents associated with underlying generalized or cancer-related anxiety or depression. It is characterized by anxiety specifically about not being able to sleep (as opposed to symptoms of a more generalized anxiety or mood disorder) and sometimes by habitual inability to sleep at certain times of the night. Solutions include optimizing sleep hygiene, cognitive behavioral therapy for insomnia (CBT-I), and evaluation and treatment for any underlying anxiety or mood disorder that may contribute. Both in-person and internet-administered CBT-I have been shown to improve insomnia symptoms in child, adolescent, and young adult cancer survivors [120-122]. (See 'Behavioral insomnia' above and 'Behavioral sleep interventions' below.)

•Circadian rhythm disturbance – This is common in children on glucocorticoids, and in children with brain tumors during or after treatment. Other contributors include frequent or prolonged hospitalizations, low daytime activity or light exposure, or nighttime stimulation (eg, electronics) (see 'Circadian rhythm sleep-wake disturbances' above and 'Central nervous system cancer' above). Solutions include optimizing sleep health behaviors and environmental conditions, and possibly melatonin and/or bright light therapy. (See 'Healthy sleep habits' below and 'Environmental interventions' below and 'Insomnia' below.)

●**Snoring or breathing problems** – Children presenting with complaints of snoring or difficulty breathing, or other clinical suspicion for sleep apnea  (table 4), should be evaluated with polysomnography (PSG). A high index of suspicion is appropriate for children with brain tumors, adenotonsillar hypertrophy, or obesity. (See 'Central nervous system cancer' above and  "Evaluation of suspected obstructive sleep apnea in children".)

●**Fatigue** – Our approach to managing fatigue involves the following steps:

•Determine whether a component of EDS is present (see 'Excessive daytime sleepiness' above and 'Fatigue' above) and, if so, evaluate and treat for EDS as outlined above. Review any medications (eg, sedative-hypnotics) that may contribute to the symptoms.

•Assess and treat for any underlying sleep disorder  (table 3). Untreated sleep disorders can cause fatigue, even in the absence of complaints about daytime sleepiness, and treatment for the sleep disorders can improve fatigue as much as sleepiness [123-125].

•Ensure that sleep times and sleep conditions are optimized. (See 'Healthy sleep habits' below.)

•Encourage physical activity and offer bright light therapy since these are low-risk interventions and have been shown to be feasible and acceptable and show promise in reducing fatigue in youth with cancer [126-128]. (See 'Healthy sleep habits' below and 'Environmental interventions' below.)

Behavioral sleep interventions — Maintaining healthy sleep habits is a necessary element to ensuring adequate sleep. This may be challenging for parents or other caregivers of children undergoing cancer treatment because of physical side effects of treatment (nighttime pain or illness), distress or overprotectiveness, or disrupted routines as a result of medication schedules or hospitalizations.

Strategies to prevent or treat behavioral sleep problems in healthy children are particularly important for children with cancer. These include:

Healthy sleep habits — The first step is to establish and maintain healthy sleep habits, which are summarized in the table  (table 5). These include limiting caffeine intake (with no caffeine after lunchtime), establishing a relatively stable bedtime and wake time, as well as a stable bedtime routine with calming pre-bedtime activities, limiting electronic devices, and ensuring a cool, quiet sleep environment [129,130]. It is useful to create a daily schedule with activity pacing that includes alternating periods of rest and activity [17,52,131]. Often, children receiving treatment for cancer may require daytime naps due to fatigue or sedating medications. Parents and caregivers should be encouraged to limit napping to the early afternoon to avoid interference with nighttime sleep onset. Evidence for psycho-education for sleep in children with cancer includes results of a small pilot study in a pediatric oncology clinic, which found that a directed intervention to promote healthy sleep habits was associated with significant improvement [132]. (See  "Behavioral sleep problems in children".)

An increase in physical activity has shown promise in treating both sleep disruption and daytime fatigue [126,128,133]. Activity interventions have included endurance exercise (eg, pedaling, running, or walking at 40 to 70 percent heart rate reserve), resistance, strength/conditioning, stretching/flexibility, "exergaming," or yoga. Some studies have utilized professionally supervised exercise, while others focused on in-home activity. Of importance when prescribing activity for pediatric oncology patients with sleep problems and fatigue is the use of activity in general (aerobic, strength training, and/or flexibility) rather than specific exercises or whether or not they are supervised. Finally, in addition to improving overall sleep and fatigue, quality of life has been demonstrated to improve as a result of physical activity.

Specific behavioral strategies — Behavioral strategies depend on the type of behavioral insomnia, which varies with the child's age group:

●**Younger children** – In younger children, insomnia is often related to inadequate or inconsistent parental/caregiver limit-setting (which tends to present with bedtime resistance), sleep-onset associations (which typically result in prolonged night awakenings), or a combination of these issues. Children with cancer are particularly at risk for insomnia, as mentioned above, due to nighttime monitoring and caretaking needs.

Important strategies to address these problems include establishing healthy sleep habits, as described above, and educating parents or other caregivers about limit-setting. Specific behavioral techniques such as positive reinforcement and systematic ignoring (including "graduated extinction") also may be helpful [134-136]. Implementing these strategies may be difficult at first, especially for families dealing with the many stresses of cancer care. It may help to remind caregivers that short-term difficulties of implementing a behavioral intervention will likely be rewarded with the longer-term benefit of improved sleep, which can improve the child's quality of life, mood, and behavior. Some may elect to wait to implement systematic ignoring or graduated extinction until after their children have completed treatment, due to a need or desire to be present at sleep onset and throughout the night to monitor the child's medical status or provide medical intervention during the night. Details of these and other behavioral strategies are discussed separately. (See  "Behavioral sleep problems in children", section on 'Young children with behavioral insomnia'.)

Inpatient admissions for cancer care offer an opportunity for parent and caregiver education about healthy sleep habits and limit-setting [131]. Parents or other caregivers are often most concerned about the child's difficulty initiating sleep and may not recognize the importance of sleep habits in addressing this problem [137]. Because families and providers may not always agree on the most important target of intervention, a shared decision-making model should be employed to ensure that the interventions selected best meet the family's needs.

●**Older children** – In older children, chronic insomnia is often psychophysiologic (conditioned). It is characterized by anxiety about falling or staying asleep and is more likely in children with underlying generalized or cancer-related anxiety or depression. As with younger children, older children may require nighttime monitoring and caretaking by their parents or other caregivers, which may contribute to behavioral insomnia by conditioning the child to require their presence for sleep. Implementing healthy sleep habits is an important step. In addition, underlying anxiety or depression should be addressed and treated.

For some children, CBT-I, and calming strategies that promote self-soothing behaviors after nighttime awakenings, may be beneficial [120,136]. Specifically, cognitive restructuring, which can be taught to younger children by having them "think like a detective," may be helpful in reducing negative cognitions related to sleep. Children can be taught to identify their negative thought, provide evidence for and against the thought, and then replace the negative thought with a more realistic belief [138]. For example, the thought "I will never go to sleep" can be evaluated to determine that there is little evidence to support this. Once this is determined, the child can replace the thought with "It may take me a while to go to sleep, but eventually I will be able to do so." Adding elements of relaxation training, including diaphragmatic breathing, progressive muscle relaxation, and guided imagery techniques can also reduce the child's distress while awaiting sleep onset, promote more rapid sleep onset, and improve the ability to return to sleep after nighttime awakenings [139]. These approaches are similar to those used for adults with and without cancer. Children with chronic insomnia, particularly when it interferes with daytime functioning or causes significant distress, may benefit from a referral to a specialist. This expertise is typically available from a behavioral health specialist at an accredited sleep disorders center; a pediatric oncology center also may be able to assist in accessing appropriate treatment [120]. Alternatively, there is support for online cognitive behavioral therapy for insomnia in pediatric cancer survivors [140]. (See  "Cognitive behavioral therapy for insomnia in adults".)

Environmental interventions

●**Home** – In the home, general measures to improve sleep habits include establishing a quiet and comfortable sleep environment and limiting electronics near bedtime [141,142]. In addition, daytime exposure to light (especially daylight) and physical activity can help to maintain normal circadian rhythms. (See 'Circadian rhythm sleep-wake disturbances' above.)

Because fatigue has been associated with reduced exposure to bright light in adult breast cancer patients [29], bright light therapy has been used in adult cancer patients and survivors with some promising outcomes. Daily use of 30 minutes of bright light therapy upon awakening has been shown to protect the circadian rhythm and prevent increases in fatigue, with resulting improved quality of life among breast cancer patients [49], as well as to reduce rates of fatigue in adult cancer survivors [143]. Bright light therapy is a recommended treatment for children and adolescents with delayed circadian rhythm sleep-wake disorder [144] and has been shown to reduce depressive symptoms in youth with seasonal affective disorder, depression, bipolar disorder, and comorbid anorexia nervosa [145-148]. One trial demonstrated feasibility and acceptability of bright light therapy and promise in reducing fatigue and improving depressive symptoms in adolescents and young adults with cancer, indicating it may be an appropriate and noninvasive intervention [127,149].

●**Hospital** – For children needing hospital admissions for cancer care, the hospital environment presents particular challenges to sleep due to noise or entries and exits by staff into the room for care. This can result in sleep deprivation and disruption of circadian rhythms if the hospitalizations are frequent or prolonged. As an example, in one study conducted on an inpatient pediatric oncology unit, there were an average of 11 room entries/exits by staff during the night shift, with a mean of 12 to 16 nighttime awakenings per night [4]. As would be expected, children's self-reported levels of fatigue were associated with the number of room entries and increased with each night of admission. On a stem cell transplantation unit, children were found to spend more than 60 percent of their time in nonoptimal lighting, and 98 percent of the daytime hours were spent in light levels that were too dim [150]. Further, the nighttime periods had noise levels louder than that recommended by the World Health Organization for sleep.

To address this problem, hospital wards can institute a variety of steps to improve the sleep environment, including noise mitigation, optimal lighting, behavioral support, and minimizing the number of entries into the room during the night by "bundling" visits so that all scheduled care occurs during one room entry. A pilot study evaluated bundling as one of several environmental measures to improve sleep in hospitalized children with brain cancer [151]. In addition, the child and their caregivers determined a pre-bedtime routine, bedtime, and wake time; used white noise machines and light-blocking blinds; and had out-of-bed activity during the day. Parents and patients reported appreciating the routine and asked for similar environmental measures with their subsequent admissions. Although no protocols have been rigorously tested, it seems likely that a hospital focus on lowering light and sound levels at night, having optimal light levels during the day, bundling care, and promoting structured sleep-wake schedules can have a positive impact on sleep and daytime activity levels in patients. (See  "Poor sleep and insomnia in hospitalized adults".)

Medications

Excessive daytime sleepiness — Management of EDS in children with cancer is similar to the management of sleepiness in otherwise healthy children. For children with narcolepsy due to a medical disorder (secondary narcolepsy) or hypersomnia due to a medical disorder, the mainstay of management is a combination of nonpharmacologic intervention (ensuring adequate sleep hygiene and sleep duration) and pharmacologic therapy [152]. The goal is to optimize alertness throughout the day, with a particular focus on class time and key social activities, while minimizing adverse side effects.

Medications that are useful for this purpose include traditional stimulants such as methylphenidate and dextroamphetamine [153,154] or wakefulness-promoting agents such as modafinil or armodafinil [152]. Of note, the latter two medications are approved by the US Food and Drug Administration (FDA) in adults only, and their use in children under 18 years of age is considered "off-label." There are no large systematic studies involving the use of these medications in children with cancer. However, a variety of small case reports and the authors' personal observations clearly support pharmacologic intervention in children with pathologic sleepiness and cancer, particularly for those with brain tumors. Close monitoring over time is required to adjust the timing and dose of medication and to monitor for adverse side effects or the emergence of other sleep disorders that may contribute to daytime sleepiness.

Insomnia — For children with insomnia, the first step is to optimize nonpharmacologic intervention, including the behavioral and environmental strategies described above. Sleep disorders that can be diagnosed and treated effectively, such as chronic insomnia and obstructive sleep apnea (OSA), should be considered [155]. The clinician should also explore the full range of potential medical causes or contributors to insomnia including chronic pain, gastroesophageal reflux, medication side effects, or nonmedical causes such as environmental sleep problems or psychologic problems such as anxiety or depression.

For children who have failed to respond to nonpharmacologic interventions, we offer one of the following medications. This is an off-label use since none of these are FDA-approved for treatment of chronic insomnia in children. Chronic use of "over-the-counter" medications such as diphenhydramine should be avoided because tolerance tends to develop. Selection of medication should be based on the clinician's judgment of the best match between the clinical circumstances (eg, type of sleep problem, patient characteristics, expected duration of therapy), the individual properties of available drugs (eg, onset of action, safety, and tolerability), and any comorbid disorders (eg, attention deficit hyperactivity disorder, anxiety, or depression). Specific considerations are discussed in a separate topic review. (See  "Pharmacotherapy for insomnia in children and adolescents: A rational approach".)

Adult survivors have reported significantly greater "over-the-counter" sleep supplement use than their siblings, and those with emotional distress are significantly more likely to use sleep medications or supplements than their siblings [12].

SOCIETY GUIDELINE LINKS —

Links to society and government-sponsored guidelines from selected countries and regions around the world are provided separately. (See  "Society guideline links: Insomnia in children" and  "Society guideline links: Parasomnias, hypersomnias, and circadian rhythm disorders" and  "Society guideline links: Sleep-related breathing disorders including obstructive sleep apnea in children".)

SUMMARY AND RECOMMENDATIONS

●**Excessive daytime sleepiness (EDS)** – EDS is present in many children undergoing cancer treatment or pediatric cancer survivors, especially among those with brain tumors. Causes or contributors to EDS can include insufficient or interrupted sleep due to obstructive sleep apnea (OSA), chronic insomnia disorder, restless legs syndrome (RLS), circadian rhythm sleep-wake disorders, or other sleep disorders. (See 'Excessive daytime sleepiness' above and 'Central nervous system cancer' above.)

●**Insomnia** – Insomnia is another common clinical complaint among children with cancer. In many cases, there are behavioral contributors (eg, parental/caregiver limit-setting or conditioned insomnia). Other contributors may include direct effects of the cancer or its treatment (pain, radiation therapy, glucocorticoids, or chemotherapy) or circadian rhythm disturbances due to hospitalization or other environmental contributors. Chronic insomnia disorder and specific subtypes can often be diagnosed and treated effectively. (See 'Behavioral insomnia' above and 'Circadian rhythm sleep-wake disturbances' above.)

●**Fatigue** – Fatigue is reported by most children during cancer-directed therapy and may persist into survivorship; it is generally defined as the subjective feeling of physical, emotional, or cognitive tiredness that interferes with participation in physical or social activities. Clinicians should attempt to distinguish fatigue from sleepiness by inquiring about specific symptoms of EDS. However, treatable sleep disorders may well underlie fatigue, just as they often underlie sleepiness. Interventions that may help to improve fatigue include physical activity and light therapy. (See 'Fatigue' above and 'Environmental interventions' above.)

●**Evaluation** – Children with brain tumors are at particularly high risk for pathologic and persistent EDS, including narcolepsy. Circadian rhythm sleep-wake disorders and sleep-disordered breathing (obstructive and/or central sleep apnea) also are common. As a result, evaluation of a child with a brain tumor and sleep complaints typically includes polysomnography (PSG), which may be followed by a multiple sleep latency test (MSLT). (See 'Central nervous system cancer' above.)

●**Management** – Selection of interventions for EDS or insomnia should be targeted at the cause(s) of the sleep disruption, determined by a thorough diagnostic assessment. In many cases, a combination of diagnoses and factors may contribute to the sleep problem  (table 3). General management typically includes:

•Establish and maintain healthy sleep habits  (table 5). (See 'Healthy sleep habits' above.)

•Utilize behavioral strategies for behavioral insomnia (due to parental/caregiver limit-setting or sleep-onset associations in younger children or conditioned insomnia in older children). (See 'Specific behavioral strategies' above.)

•Optimize the sleep environment and increase daytime exposure to light and physical activity to entrain circadian rhythms. (See 'Environmental interventions' above.)

•For children who fail to respond to these interventions and to treatment for any underlying sleep disorder, adjunctive pharmacotherapy is often beneficial, particularly for children with EDS or insomnia due to brain tumors. (See 'Medications' above and  "Pharmacotherapy for insomnia in children and adolescents: A rational approach".)

# REFERENCES

* Cancer in children and adolescents. NIH National Cancer Institute. https://www.cancer.gov/types/childhood-cancers/child-adolescent-cancers-fact-sheet#:~:text=In%202013%E2%80%932019%2C%205%2D,adolescents%20ages%2015%E2%80%9319%20years (Accessed on January 06, 2025).
* Cancer Stat Facts: Childhood Leukemia (Ages 0-19). NIH National Cancer Institute Surveillance, Epidemiology, and End Results Program. https://seer.cancer.gov/statfacts/html/childleuk.html (Accessed on January 02, 2025).
* Ostrom QT, Cioffi G, Waite K, et al. CBTRUS Statistical Report: Primary Brain and Other Central Nervous System Tumors Diagnosed in the United States in 2014-2018. Neuro Oncol 2021; 23:iii1.
* Hinds PS, Hockenberry M, Rai SN, et al. Nocturnal awakenings, sleep environment interruptions, and fatigue in hospitalized children with cancer. Oncol Nurs Forum 2007; 34:393.
* Daniel LC, van Litsenburg RRL, Rogers VE, et al. A call to action for expanded sleep research in pediatric oncology: A position paper on behalf of the International Psycho-Oncology Society Pediatrics Special Interest Group. Psychooncology 2020; 29:465.
* Mulrooney DA, Ness KK, Neglia JP, et al. Fatigue and sleep disturbance in adult survivors of childhood cancer: a report from the childhood cancer survivor study (CCSS). Sleep 2008; 31:271.
* Butt Z, Rosenbloom SK, Abernethy AP, et al. Fatigue is the most important symptom for advanced cancer patients who have had chemotherapy. J Natl Compr Canc Netw 2008; 6:448.
* Zeltzer LK, Recklitis C, Buchbinder D, et al. Psychological status in childhood cancer survivors: a report from the Childhood Cancer Survivor Study. J Clin Oncol 2009; 27:2396.
* Perdikaris P, Merkouris A, Patiraki E, et al. Changes in children's fatigue during the course of treatment for paediatric cancer. Int Nurs Rev 2008; 55:412.
* Crabtree VM, Rach AM, Schellinger KB, et al. Changes in sleep and fatigue in newly treated pediatric oncology patients. Support Care Cancer 2015; 23:393.
* van Litsenburg RR, Huisman J, Hoogerbrugge PM, et al. Impaired sleep affects quality of life in children during maintenance treatment for acute lymphoblastic leukemia: an exploratory study. Health Qual Life Outcomes 2011; 9:25.
* Daniel LC, Wang M, Mulrooney DA, et al. Sleep, emotional distress, and physical health in survivors of childhood cancer: A report from the Childhood Cancer Survivor Study. Psychooncology 2019; 28:903.
* Nunes MDR, Jacob E, Bomfim EO, et al. Fatigue and health related quality of life in children and adolescents with cancer. Eur J Oncol Nurs 2017; 29:39.
* Schulte FSM, Chalifour K, Eaton G, Garland SN. Quality of life among survivors of adolescent and young adult cancer in Canada: A Young Adults With Cancer in Their Prime (YACPRIME) study. Cancer 2021; 127:1325.
* Graef DM, Crabtree VM, Srivastava DK, et al. Sleep and mood during hospitalization for high-dose chemotherapy and hematopoietic rescue in pediatric medulloblastoma. Psychooncology 2018; 27:1847.
* American Academy of Sleep Medicine. International Classification of Sleep Disorders, 3rd ed, text revision, American Academy of Sleep Medicine, 2023.
* Zupanec S, Jones H, Stremler R. Sleep habits and fatigue of children receiving maintenance chemotherapy for ALL and their parents. J Pediatr Oncol Nurs 2010; 27:217.
* Hinds PS, Hockenberry MJ, Gattuso JS, et al. Dexamethasone alters sleep and fatigue in pediatric patients with acute lymphoblastic leukemia. Cancer 2007; 110:2321.
* Yeh CH, Chiang YC, Lin L, et al. Clinical factors associated with fatigue over time in paediatric oncology patients receiving chemotherapy. Br J Cancer 2008; 99:23.
* Sun JL, Wu SC, Chang LI, et al. The relationship between light exposure and sleep, fatigue, and depression in cancer outpatients: test of the mediating effect. Cancer Nurs 2014; 37:382.
* Walker AJ, Johnson KP, Miaskowski C, et al. Sleep quality and sleep hygiene behaviors of adolescents during chemotherapy. J Clin Sleep Med 2010; 6:439.
* Rosen GM, Bendel AE, Neglia JP, et al. Sleep in children with neoplasms of the central nervous system: case review of 14 children. Pediatrics 2003; 112:e46.
* Jacola LM, Conklin HM, Scoggins MA, et al. Investigating the Role of Hypothalamic Tumor Involvement in Sleep and Cognitive Outcomes Among Children Treated for Craniopharyngioma. J Pediatr Psychol 2016; 41:610.
* Kaleyias J, Manley P, Kothare SV. Sleep disorders in children with cancer. Semin Pediatr Neurol 2012; 19:25.
* Spathis A, Booth S, Grove S, et al. Teenage and Young Adult Cancer-Related Fatigue Is Prevalent, Distressing, and Neglected: It Is Time to Intervene. A Systematic Literature Review and Narrative Synthesis. J Adolesc Young Adult Oncol 2015; 4:3.
* Rosen G, Brand SR. Sleep in children with cancer: case review of 70 children evaluated in a comprehensive pediatric sleep center. Support Care Cancer 2011; 19:985.
* Rosen GM, Shor AC, Geller TJ. Sleep in children with cancer. Curr Opin Pediatr 2008; 20:676.
* Kim H, Zhou ES, Chevalier L, et al. Parental Behaviors, Emotions at Bedtime, and Sleep Disturbances in Children with Cancer. J Pediatr Psychol 2020; 45:550.
* Liu L, Marler MR, Parker BA, et al. The relationship between fatigue and light exposure during chemotherapy. Support Care Cancer 2005; 13:1010.
* O'Higgins CM, Brady B, O'Connor B, et al. The pathophysiology of cancer-related fatigue: current controversies. Support Care Cancer 2018; 26:3353.
* Rogers VE, Zhu S, Mandrell BN, et al. Relationship between circadian activity rhythms and fatigue in hospitalized children with CNS cancers receiving high-dose chemotherapy. Support Care Cancer 2020; 28:1459.
* Liu L, Rissling M, Neikrug A, et al. Fatigue and Circadian Activity Rhythms in Breast Cancer Patients Before and After Chemotherapy: A Controlled Study. Fatigue 2013; 1:12.
* Rogers VE, Zhu S, Ancoli-Israel S, Hinds PS. Impairment in circadian activity rhythms occurs during dexamethasone therapy in children with leukemia. Pediatr Blood Cancer 2014; 61:1986.
* Steur LMH, Kaspers GJL, van Someren EJW, et al. The impact of maintenance therapy on sleep-wake rhythms and cancer-related fatigue in pediatric acute lymphoblastic leukemia. Support Care Cancer 2020; 28:5983.
* Peersmann SHM, Grootenhuis MA, van Straten A, et al. Prevalence of Sleep Disorders, Risk Factors and Sleep Treatment Needs of Adolescents and Young Adult Childhood Cancer Patients in Follow-Up after Treatment. Cancers (Basel) 2022; 14.
* Unterhalt M, Herrmann R, Tiemann M, et al. Prednimustine, mitoxantrone (PmM) vs cyclophosphamide, vincristine, prednisone (COP) for the treatment of advanced low-grade non-Hodgkin's lymphoma. German Low-Grade Lymphoma Study Group. Leukemia 1996; 10:836.
* Cil T, Altintas A, Tamam Y, et al. Low dose vincristine-induced severe polyneuropathy in a Hodgkin lymphoma patient: a case report (vincristine-induced severe polyneuropathy). J Pediatr Hematol Oncol 2009; 31:787.
* Siegel R, DeSantis C, Virgo K, et al. Cancer treatment and survivorship statistics, 2012. CA Cancer J Clin 2012; 62:220.
* Williams PD, Schmideskamp J, Ridder EL, Williams AR. Symptom monitoring and dependent care during cancer treatment in children: pilot study. Cancer Nurs 2006; 29:188.
* Hockenberry-Eaton M, Hinds PS, Alcoser P, et al. Fatigue in children and adolescents with cancer. J Pediatr Oncol Nurs 1998; 15:172.
* Hinds PS, Hockenberry M, Tong X, et al. Validity and reliability of a new instrument to measure cancer-related fatigue in adolescents. J Pain Symptom Manage 2007; 34:607.
* Dupuis LL, Milne-Wren C, Cassidy M, et al. Symptom assessment in children receiving cancer therapy: the parents' perspective. Support Care Cancer 2010; 18:281.
* Irestorm E, Steur LMH, Kaspers GJL, et al. Fatigue trajectories during pediatric ALL therapy are associated with fatigue after treatment: a national longitudinal cohort study. Support Care Cancer 2022; 31:1.
* Varni JW, Burwinkle TM, Katz ER, et al. The PedsQL in pediatric cancer: reliability and validity of the Pediatric Quality of Life Inventory Generic Core Scales, Multidimensional Fatigue Scale, and Cancer Module. Cancer 2002; 94:2090.
* Varni JW, Beaujean AA, Limbers CA. Factorial invariance of pediatric patient self-reported fatigue across age and gender: a multigroup confirmatory factor analysis approach utilizing the PedsQL™ Multidimensional Fatigue Scale. Qual Life Res 2013; 22:2581.
* Hinds PS, Yang J, Gattuso JS, et al. Psychometric and clinical assessment of the 10-item reduced version of the Fatigue Scale-Child instrument. J Pain Symptom Manage 2010; 39:572.
* Mandrell BN, Yang J, Hooke MC, et al. Psychometric and clinical assessment of the 13-item reduced version of the fatigue scale-adolescent instrument. J Pediatr Oncol Nurs 2011; 28:287.
* Lai JS, Stucky BD, Thissen D, et al. Development and psychometric properties of the PROMIS(®) pediatric fatigue item banks. Qual Life Res 2013; 22:2417.
* Ancoli-Israel S, Rissling M, Neikrug A, et al. Light treatment prevents fatigue in women undergoing chemotherapy for breast cancer. Support Care Cancer 2012; 20:1211.
* Erickson JM, Beck SL, Christian B, et al. Patterns of fatigue in adolescents receiving chemotherapy. Oncol Nurs Forum 2010; 37:444.
* Hockenberry MJ, Hooke MC, Gregurich M, et al. Symptom clusters in children and adolescents receiving cisplatin, doxorubicin, or ifosfamide. Oncol Nurs Forum 2010; 37:E16.
* Erickson JM, Beck SL, Christian BR, et al. Fatigue, sleep-wake disturbances, and quality of life in adolescents receiving chemotherapy. J Pediatr Hematol Oncol 2011; 33:e17.
* Gibson F, Mulhall AB, Richardson A, et al. A phenomenologic study of fatigue in adolescents receiving treatment for cancer. Oncol Nurs Forum 2005; 32:651.
* Miller E, Jacob E, Hockenberry MJ. Nausea, pain, fatigue, and multiple symptoms in hospitalized children with cancer. Oncol Nurs Forum 2011; 38:E382.
* Scott JA, Lasch KE, Barsevick AM, Piault-Louis E. Patients' experiences with cancer-related fatigue: a review and synthesis of qualitative research. Oncol Nurs Forum 2011; 38:E191.
* Strömgren AS, Niemann CU, Tange UB, et al. Quality of life and symptoms in patients with malignant diseases admitted to a comprehensive cancer centre. Support Care Cancer 2014; 22:1843.
* Hockenberry-Eaton M, Hinds PS. Fatigue in children and adolescents with cancer: evolution of a program of study. Semin Oncol Nurs 2000; 16:261.
* Aksnes LH, Hall KS, Jebsen N, et al. Young survivors of malignant bone tumours in the extremities: a comparative study of quality of life, fatigue and mental distress. Support Care Cancer 2007; 15:1087.
* Hamre H, Zeller B, Kanellopoulos A, et al. High prevalence of chronic fatigue in adult long-term survivors of acute lymphoblastic leukemia and lymphoma during childhood and adolescence. J Adolesc Young Adult Oncol 2013; 2:2.
* Brimeyer C, Adams L, Zhu L, et al. Sleep complaints in survivors of pediatric brain tumors. Support Care Cancer 2016; 24:23.
* Gapstur R, Gross CR, Ness K. Factors associated with sleep-wake disturbances in child and adult survivors of pediatric brain tumors: a review. Oncol Nurs Forum 2009; 36:723.
* van Litsenburg R, Kamara D, Irestorm E, et al. Sleep problems during and after paediatric brain tumours. Lancet Child Adolesc Health 2023; 7:280.
* Müller HL, Handwerker G, Gebhardt U, et al. Melatonin treatment in obese patients with childhood craniopharyngioma and increased daytime sleepiness. Cancer Causes Control 2006; 17:583.
* Macartney G, VanDenKerkhof E, Harrison MB, Stacey D. Symptom experience and quality of life in pediatric brain tumor survivors: a cross-sectional study. J Pain Symptom Manage 2014; 48:957.
* Müller HL, Müller-Stöver S, Gebhardt U, et al. Secondary narcolepsy may be a causative factor of increased daytime sleepiness in obese childhood craniopharyngioma patients. J Pediatr Endocrinol Metab 2006; 19 Suppl 1:423.
* Snow A, Gozal E, Malhotra A, et al. Severe hypersomnolence after pituitary/hypothalamic surgery in adolescents: clinical characteristics and potential mechanisms. Pediatrics 2002; 110:e74.
* Mandrell BN, LaRosa K, Hancock D, et al. Predictors of narcolepsy and hypersomnia due to medical disorder in pediatric craniopharyngioma. J Neurooncol 2020; 148:307.
* Graef DM, Phipps S, Parris KR, et al. Sleepiness, Fatigue, Behavioral Functioning, and Quality of Life in Survivors of Childhood Hematopoietic Stem Cell Transplant. J Pediatr Psychol 2016; 41:600.
* Graef DM, Crabtree VM. Brain tumors. In: Sleep disorders in adolescents: A clinical casebook, Kothare SV, Scott RQ (Eds), Springer, New York 2017. p.133.
* van Kooten JAMC, Maurice-Stam H, Schouten AYN, et al. High occurrence of sleep problems in survivors of a childhood brain tumor with neurocognitive complaints: The association with psychosocial and behavioral executive functioning. Pediatr Blood Cancer 2019; 66:e27947.
* Khan RB, Merchant TE, Sadighi ZS, et al. Prevalence, risk factors, and response to treatment for hypersomnia of central origin in survivors of childhood brain tumors. J Neurooncol 2018; 136:379.
* Eismann EA, Lush E, Sephton SE. Circadian effects in cancer-relevant psychoneuroendocrine and immune pathways. Psychoneuroendocrinology 2010; 35:963.
* Sephton S, Spiegel D. Circadian disruption in cancer: a neuroendocrine-immune pathway from stress to disease? Brain Behav Immun 2003; 17:321.
* Xia HC, Niu ZF, Ma H, et al. Deregulated expression of the Per1 and Per2 in human gliomas. Can J Neurol Sci 2010; 37:365.
* Müller HL, Handwerker G, Wollny B, et al. Melatonin secretion and increased daytime sleepiness in childhood craniopharyngioma patients. J Clin Endocrinol Metab 2002; 87:3993.
* Etzioni A, Luboshitzky R, Tiosano D, et al. Melatonin replacement corrects sleep disturbances in a child with pineal tumor. Neurology 1996; 46:261.
* Mandera M, Marcol W, Bierzyńska-Macyszyn G, Kluczewska E. Pineal cysts in childhood. Childs Nerv Syst 2003; 19:750.
* Borodkin K, Ayalon L, Kanety H, Dagan Y. Dysregulation of circadian rhythms following prolactin-secreting pituitary microadenoma. Chronobiol Int 2005; 22:145.
* Kamara D, Crowley SJ, Crabtree VM, et al. Circadian rhythms in pediatric craniopharyngioma. Front Sleep 2023; 2:1153144.
* O'Gorman CS, Simoneau-Roy J, Pencharz P, et al. Sleep-disordered breathing is increased in obese adolescents with craniopharyngioma compared with obese controls. J Clin Endocrinol Metab 2010; 95:2211.
* Olson K. Sleep-related disturbances among adolescents with cancer: a systematic review. Sleep Med 2014; 15:496.
* Felix O, Amaddeo A, Olmo Arroyo J, et al. Central sleep apnea in children: experience at a single center. Sleep Med 2016; 25:24.
* Kelly DH, Krishnamoorthy KS, Shannon DC. Astrocytoma in an infant with prolonged apnea. Pediatrics 1980; 66:429.
* Kuna ST, Smickley JS, Murchison LC. Hypercarbic periodic breathing during sleep in a child with a central nervous system tumor. Am Rev Respir Dis 1990; 142:880.
* Hui SH, Wing YK, Poon W, et al. Alveolar hypoventilation syndrome in brainstem glioma with improvement after surgical resection. Chest 2000; 118:266.
* Ream E, Gibson F, Edwards J, et al. Experience of fatigue in adolescents living with cancer. Cancer Nurs 2006; 29:317.
* Clanton NR, Klosky JL, Li C, et al. Fatigue, vitality, sleep, and neurocognitive functioning in adult survivors of childhood cancer: a report from the Childhood Cancer Survivor Study. Cancer 2011; 117:2559.
* Irestorm E, Schouten-van Meeteren AYN, van Gorp M, et al. The development of fatigue after treatment for pediatric brain tumors does not differ between tumor locations. Pediatr Blood Cancer 2024; 71:e31028.
* Daniel LC, Aggarwal R, Schwartz LA. Sleep in Adolescents and Young Adults in the Year After Cancer Treatment. J Adolesc Young Adult Oncol 2017; 6:560.
* Yusufov M, Zhou ES, Recklitis CJ. Psychometric properties of the Insomnia Severity Index in cancer survivors. Psychooncology 2019; 28:540.
* Zhou ES, Manley PE, Marcus KJ, Recklitis CJ. Medical and Psychosocial Correlates of Insomnia Symptoms in Adult Survivors of Pediatric Brain Tumors. J Pediatr Psychol 2016; 41:623.
* Kathy R, Anna G, Gallicchio L, Gamaldo C. Sleep disordered breathing risk in childhood cancer survivors: an exploratory study. Pediatr Blood Cancer 2015; 62:693.
* Lumeng JC, Chervin RD. Epidemiology of pediatric obstructive sleep apnea. Proc Am Thorac Soc 2008; 5:242.
* Murphy AJ, White M, Elliott SA, et al. Body composition of children with cancer during treatment and in survivorship. Am J Clin Nutr 2015; 102:891.
* Zhang FF, Kelly MJ, Saltzman E, et al. Obesity in pediatric ALL survivors: a meta-analysis. Pediatrics 2014; 133:e704.
* Zhang FF, Rodday AM, Kelly MJ, et al. Predictors of being overweight or obese in survivors of pediatric acute lymphoblastic leukemia (ALL). Pediatr Blood Cancer 2014; 61:1263.
* Wilson CL, Liu W, Yang JJ, et al. Genetic and clinical factors associated with obesity among adult survivors of childhood cancer: A report from the St. Jude Lifetime Cohort. Cancer 2015; 121:2262.
* Hart CN, Palermo TM, Rosen CL. Health-related quality of life among children presenting to a pediatric sleep disorders clinic. Behav Sleep Med 2005; 3:4.
* Mindell JA, Owens JA. Sleep problems in pediatric practice: clinical issues for the pediatric nurse practitioner. J Pediatr Health Care 2003; 17:324.
* Magee CA, Robinson L, Keane C. Sleep quality subtypes predict health-related quality of life in children. Sleep Med 2017; 35:67.
* Palmer CA, Alfano CA. Sleep and emotion regulation: An organizing, integrative review. Sleep Med Rev 2017; 31:6.
* Daly BP, Brown RT. Scholarly literature review: management of neurocognitive late effects with stimulant medication. J Pediatr Psychol 2007; 32:1111.
* Moore BD 3rd. Neurocognitive outcomes in survivors of childhood cancer. J Pediatr Psychol 2005; 30:51.
* Spencer J. The role of cognitive remediation in childhood cancer survivors experiencing neurocognitive late effects. J Pediatr Oncol Nurs 2006; 23:321.
* Astill RG, Van der Heijden KB, Van Ijzendoorn MH, Van Someren EJ. Sleep, cognition, and behavioral problems in school-age children: a century of research meta-analyzed. Psychol Bull 2012; 138:1109.
* Paavonen EJ, Räikkönen K, Pesonen AK, et al. Sleep quality and cognitive performance in 8-year-old children. Sleep Med 2010; 11:386.
* Curcio G, Ferrara M, De Gennaro L. Sleep loss, learning capacity and academic performance. Sleep Med Rev 2006; 10:323.
* Kopasz M, Loessl B, Hornyak M, et al. Sleep and memory in healthy children and adolescents - a critical review. Sleep Med Rev 2010; 14:167.
* Lund HG, Reider BD, Whiting AB, Prichard JR. Sleep patterns and predictors of disturbed sleep in a large population of college students. J Adolesc Health 2010; 46:124.
* Anderson FS, Kunin-Batson AS. Neurocognitive late effects of chemotherapy in children: the past 10 years of research on brain structure and function. Pediatr Blood Cancer 2009; 52:159.
* Patenaude AF, Kupst MJ. Psychosocial functioning in pediatric cancer. J Pediatr Psychol 2005; 30:9.
* Daniel LC, Brumley LD, Schwartz LA. Fatigue in adolescents with cancer compared to healthy adolescents. Pediatr Blood Cancer 2013; 60:1902.
* Di Riso D, Spaggiari S, Gaiga G, et al. Sleep and psychological characteristics of children with cancers and type 1 diabetes and their caregivers. Sleep Med 2023; 103:69.
* Landolt MA, Vollrath M, Niggli FK, et al. Health-related quality of life in children with newly diagnosed cancer: a one year follow-up study. Health Qual Life Outcomes 2006; 4:63.
* Wu WW, Tang CC, Jou ST, Yu TH. Associations Between Fatigue, Sleep Disturbance, Physical Activity, and Quality of Life for Children With Cancer: A Correlational Study. Cancer Nurs 2022; 45:421.
* Berger AM, Parker KP, Young-McCaughan S, et al. Sleep wake disturbances in people with cancer and their caregivers: state of the science. Oncol Nurs Forum 2005; 32:E98.
* Doane LD, Gress-Smith JL, Breitenstein RS. Multi-method assessments of sleep over the transition to college and the associations with depression and anxiety symptoms. J Youth Adolesc 2015; 44:389.
* Daniel LC, Catarozoli C, Crabtree VM, et al. Sleep interventions in pediatric oncology: A systematic review of the evidence. Pediatr Blood Cancer 2024; 71:e31202.
* Meltzer LJ, Moore M. Sleep disruptions in parents of children and adolescents with chronic illnesses: prevalence, causes, and consequences. J Pediatr Psychol 2008; 33:279.
* Zhou ES, Vrooman LM, Manley PE, et al. Adapted Delivery of Cognitive-Behavioral Treatment for Insomnia in Adolescent and Young Adult Cancer Survivors: A Pilot Study. Behav Sleep Med 2017; 15:288.
* Zhou ES, Recklitis CJ. Internet-delivered insomnia intervention improves sleep and quality of life for adolescent and young adult cancer survivors. Pediatr Blood Cancer 2020; 67:e28506.
* Zhou ES, Bice B, Crabtree VM, Recklitis CJ. Brief, Family-Centered, Videoconference-Based Behavioral Insomnia Program in Elementary School-Aged Pediatric Cancer Survivors: A Proof-of-Concept Study. Pediatr Blood Cancer 2025; 72:e31517.
* Chervin RD. Sleepiness, fatigue, tiredness, and lack of energy in obstructive sleep apnea. Chest 2000; 118:372.
* Chotinaiwattarakul W, O'Brien LM, Fan L, Chervin RD. Fatigue, tiredness, and lack of energy improve with treatment for OSA. J Clin Sleep Med 2009; 5:222.
* Braley TJ, Segal BM, Chervin RD. Obstructive sleep apnea and fatigue in patients with multiple sclerosis. J Clin Sleep Med 2014; 10:155.
* Orsey AD, Wakefield DB, Cloutier MM. Physical activity (PA) and sleep among children and adolescents with cancer. Pediatr Blood Cancer 2013; 60:1908.
* Crabtree VM, LaRosa KN, MacArthur E, et al. Feasibility and Acceptability of Light Therapy to Reduce Fatigue in Adolescents and Young Adults Receiving Cancer-Directed Therapy. Behav Sleep Med 2021; 19:492.
* Masoud AE, Shaheen AAM, Algabbani MF, et al. Effectiveness of exergaming in reducing cancer-related fatigue among children with acute lymphoblastic leukemia: a randomized controlled trial. Ann Med 2023; 55:2224048.
* Ward TM, Rankin S, Lee KA. Caring for children with sleep problems. J Pediatr Nurs 2007; 22:283.
* Stepanski EJ, Wyatt JK. Use of sleep hygiene in the treatment of insomnia. Sleep Med Rev 2003; 7:215.
* Principles and practice of pediatric sleep medicine, 2nd ed, Sheldon SH, Kryger MH, Ferber R, Gozal D (Eds), Elsevier Saunders, London 2014. p.13.
* van Bindsbergen KLA, van der Hoek H, van Gorp M, et al. Interactive Education on Sleep Hygiene with a Social Robot at a Pediatric Oncology Outpatient Clinic: Feasibility, Experiences, and Preliminary Effectiveness. Cancers (Basel) 2022; 14.
* Baumann FT, Bloch W, Beulertz J. Clinical exercise interventions in pediatric oncology: a systematic review. Pediatr Res 2013; 74:366.
* Wiggs L, France K. Behavioural treatments for sleep problems in children and adolescents with physical illness, psychological problems or intellectual disabilities. Sleep Med Rev 2000; 4:299.
* Lawton C, France K, Blampied NM. Treatment of infant sleep disturbance by graduated extinction. Child and Family Behavior Therapy 1991; 13:39.
* Crabtree VM, Brimeyer C. Neoplasms and sleep: Impact and implications. In: Principles and Practice of Pediatric Sleep Medicine, 2nd ed, Sheldon SH, Kryger MH, Ferber R, Gonzai D (Eds), Elsevier Saunders, London 2014. p.363.
* Daniel LC, Schwartz LA, Mindell JA, et al. Initial Validation of the Sleep Disturbances in Pediatric Cancer Model. J Pediatr Psychol 2016; 41:588.
* Meltzer LJ, Crabtree VM. Pediatric sleep problems: A clinician’s guide to behavior interventions, American Psychological Association Press, 2015.
* Crabtree VM, Rach AM, Wise MS. Sleep and pain. In: Principles and practice of pediatric sleep medicine, 2nd ed, Sheldon SH, Kryger MH, Ferber R, Gonzai D (Eds), Elsevier Saunders, London 2014. p.91.
* van der Hoek H, Peersmann SHM, Maurice-Stam H, et al. The effect of online cognitive behavioral therapy for insomnia in adolescents and young adults after childhood cancer: Results from a randomized controlled trial. Cancer 2025; 131:e35796.
* Brockmann PE, Diaz B, Damiani F, et al. Impact of television on the quality of sleep in preschool children. Sleep Med 2016; 20:140.
* Falbe J, Davison KK, Franckle RL, et al. Sleep duration, restfulness, and screens in the sleep environment. Pediatrics 2015; 135:e367.
* Redd WH, Valdimarsdottir H, Wu LM, et al. Systematic light exposure in the treatment of cancer-related fatigue: a preliminary study. Psychooncology 2014; 23:1431.
* Auger RR, Burgess HJ, Emens JS, et al. Clinical Practice Guideline for the Treatment of Intrinsic Circadian Rhythm Sleep-Wake Disorders: Advanced Sleep-Wake Phase Disorder (ASWPD), Delayed Sleep-Wake Phase Disorder (DSWPD), Non-24-Hour Sleep-Wake Rhythm Disorder (N24SWD), and Irregular Sleep-Wake Rhythm Disorder (ISWRD). An Update for 2015: An American Academy of Sleep Medicine Clinical Practice Guideline. J Clin Sleep Med 2015; 11:1199.
* Niederhofer H, von Klitzing K. Bright light treatment as mono-therapy of non-seasonal depression for 28 adolescents. Int J Psychiatry Clin Pract 2012; 16:233.
* Janas-Kozik M, Krzystanek M, Stachowicz M, et al. Bright light treatment of depressive symptoms in patients with restrictive type of anorexia nervosa. J Affect Disord 2011; 130:462.
* Papatheodorou G, Kutcher S. The effect of adjunctive light therapy on ameliorating breakthrough depressive symptoms in adolescent-onset bipolar disorder. J Psychiatry Neurosci 1995; 20:226.
* Swedo SE, Allen AJ, Glod CA, et al. A controlled trial of light therapy for the treatment of pediatric seasonal affective disorder. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry 1997; 36:816.
* LaRosa KN, MacArthur E, Wang F, et al. Light Therapy for QoL/Depression in AYA With Cancer: A Randomized Trial. J Pediatr Psychol 2022; 47:306.
* Fidler AL, Waitt J, Lehmann LE, et al. Sleep and circadian disruptors: Unhealthy noise and light levels for hospitalized pediatric patients. J Hosp Med 2023; 18:999.
* Mandrell B, Pritchard M, Browne E, et al. A pilot study to examine sleep in pediatric brain tumor patients hospitalized for high-dose chemotherapy. Sleep 2013.
* Lecendreux M. Pharmacological management of narcolepsy and cataplexy in pediatric patients. Paediatr Drugs 2014; 16:363.
* Ismail D, O'Connell MA, Zacharin MR. Dexamphetamine use for management of obesity and hypersomnolence following hypothalamic injury. J Pediatr Endocrinol Metab 2006; 19:129.
* Marcus CL, Trescher WH, Halbower AC, Lutz J. Secondary narcolepsy in children with brain tumors. Sleep 2002; 25:435.
* Owens JA, Babcock D, Blumer J, et al. The use of pharmacotherapy in the treatment of pediatric insomnia in primary care: rational approaches. A consensus meeting summary. J Clin Sleep Med 2005; 1:49.Topic 97876 Version 24.0


---

## 🔗 Связи в атласе:

* 📂 **Родительский раздел:** [[💤 Расстройства сна в психиатрии]]

* 🔄 **Смежные темы раздела:**

  - [[Обструктивное апноэ сна и другие нарушения сна у госпит]]

  - [[Когнитивно-поведенческая терапия бессонницы у взрослых]]